Три часа утра

Несмотря на то, что Дмитрий Валентинович Крохалёв уже несколько лет преподавал на переводческом факультете английский язык, он был ненамного старше их, жил после недавнего развода тоже в общежитии и был среди студентов абсолютно своим. Котей его называли любя – потому что повадками он здорово напоминал кота Леопольда.

– Они пошли на «Пиратов», – добавила информированная Стасенька.

– А мы что же не идём? – встрепенулся Рожнов.

– Бесплатно не пускают, – вздохнул Сэнди.

Стипендия ожидалась лишь послезавтра, а подача заявления в ЗАГС Стасенькой и Вадимом отмечалась несколько дней подряд столь широко, что сейчас финансы каждого в компании состояли из случайно завалявшихся по карманам трёх-четырёх медяков.

– А бутылки все сдали? – грустно спросил Рожнов.

– Сам же в чемодан укладывал, – столь же безрадостно отозвался Сэнди.

– А Пашке Минину сегодня в буфете кучу мелочи вручили на сдачу, – задумчиво сообщила Стасенька.

– Что ж ты молчишь?! – Рожнов тут же бросил окурок и устремился к двери.

 – За мной!

Паша приглашение сходить в кино воспринял без энтузиазма. Он сказал:

– На какие деньги? – с подтекстом «были бы они».

Тогда вперёд выступила Стасенька.

– Я знаю, у тебя есть куча мелочи, – сказала она торжественно. – Я всё про тебя знаю!

Паша обалдел, пошарил в кармане и действительно вытащил солидную кучу мелочи. Рожнов быстро денежки у него экспроприировал, на что Лепилов заметил:

– Опять ты, Вадька, пожираешь Пашины лавры!

Все, кроме Паши, радостно засмеялись.

На втором курсе Рожнов на каком-то семинаре цапнул у Минина его конспекты первоисточников и ответил вполне прилично, хотя готовиться, конечно, и не думал. А тот, добросовестно отсидев в читалке полдня перед семинаром, ответил еле-еле, и когда преподаватель Рожнова похвалил и даже привел в пример остальным, Паша обиделся и сказал Вадиму: «Вечно ты, Рожнов, пожираешь чужие лавры!» С тех пор вся группа, а также широкий круг их знакомых, радостно указывали друг другу на каждый факт «пожирания» кем-нибудь чужих лавров – чаще всего, конечно, Пашиных.

Билеты они купили самые дешёвые, но кайф от фильма это им не испортило. На обратном пути повеселевший Паша вынул из кармана заначку и с разудалым возгласом: «Гулять так гулять!» закупил в киоске четыре порции мороженого в вафельных стаканчиках.

Ко всему прочему, автобус на остановке показался подозрительно быстро.

– Не наш, наверно, – предположил Лепилов, трезво оценивающий пределы благосклонности судьбы.