Ничего себе история

– Мам, у меня все готово! Во! А у тебя? Ууу, – протянул он разочарованно, – всего три строчки? Вот смотри как я быстро – и написал и нарисовал.

– Отправляем? – спросила Люся, – В морозилку?

Письма Деду Морозу в Люсином доме отправлялись через морозилку. Сначала Сашка своими руками складывал туда письмо, а когда дома никого не было, Дед Мороз -Люся забирал конверт.

– Нет, вместе отправим! – решил Сашка, – только ты уж побыстрее.

«Я хочу внимания, – продолжала Люся. – Мне не так важны телефоны и украшения, как поддержка.

Просто, чтобы выслушали в конце дня. Пожалели. Не ворчали, что жалуюсь. Хочется ощущать крепкое мужское плечо. И еще хочется, чтобы помогали больше. И еще, чтобы не относились, как к кухарке. И еще…»

– Ну, ты скоро? – нетерпеливо заглядывал Сашка.

Люся заторопилась и написала еще много-много разных «еще». Про комплименты, ласковые слова, взаимопонимание, женские капризы. Так много, что даже пришлось с обратной стороны дописывать. Потом наспех свернула листочек, намазала осторожно краешек клеем и вместе с Сашей они торжественно загрузили письма в почтовый ящик-морозилку.

На следующий день, когда Саша был в детском саду, Люся вспомнила про конверты и поторопилась забрать их. Открыв морозилку, Люся с удивлением обнаружила, что писем нет.

– Не поняла, – нахмурилась Люся, – где они, вот сюда складывали.

Пришлось вытащить все продукты из секций камеры, но письмо как испарились.

– Ничего не понимаю, – оглядывала Люся пустые углы камеры.

Операцию по выемке конвертов всегда проводила она.

И пока Настя была маленькая, и когда Саша родился. Митяй в эти новогодние дела не вмешивался. Но может, все-таки, он?

– Какие письма? Какая морозилка? Я ее сто лет не открывал, – ответил Митяй, хотя Люся и без него знала, что не открывал. Он все равно без Люси там никогда ничего не мог найти.

Тогда Люся решительно направилась к Насте. Еще очень свежи в памяти были ее научные труды про оранжевый цвет, когда Люся чуть инфаркт не получила.

Неужели, действительно, решила сорвать сказку ребенку?

Но Настя сказала, что в этот раз точно не она. В Деда Мороза не верит, но Сашку в свою веру обращать не собирается, пусть вырастет и сам познает всю горечь разочарования.

Никаких научных трудов она больше не пишет, и, чтобы развеять последние сомнения, торжественно поклялась на самом ценном, что у нее было – на постере с Даней Солохиным.

Люся загрустила. Письма сами собой из морозилки не исчезают.