Чёрный кофе, поэзия и смерть

После крох, проведённых на улице, воспоминаний о прежней жизни, нынешнее существование казалось невыносимым. И лучше бы ему вообще не выходить за пределы своего мирка, но это стало уже чёртовой необходимостью, потребностью, от которой нельзя отказаться.

Марк и сам не понимал, почему с таким отчаянием цеплялся за свою жалкую жизнь. Он мог бы назвать тысячу причин, почему больше жить ему не стоило и лишь десяток, подтверждающих, что он должен цепляться за то недолгое оставшееся ему время.

Но если, друг мой,

Призовёшь ты смерть.

Слова всплывали в голове против его воли. Они словно таинственное заклинание навсегда врезались в память.

Я за руку тебя возьму,

Утешу, горе отведу.

Он никогда не встречал человека, написавшего эти строки. Знал лишь, что это была женщина и её имя, если, конечно, оно было настоящим. И ещё он знал наизусть большую часть её стихов.

Они не были идеальными ни сточки зрений рифм, ни с точки зрения ритма. Но было в них нечто, цепляющее за душу.

И именно это заставляло Марка заучивать их и повторять про себя в особо сложные моменты жизни. Казалось, женщина, написавшая эти стихи, была его хорошим другом, читала в его душе, как в открытой книге.

Как-то Марк осмелился написать комментарий под одним из её стихотворений. Она ответила на него на следующий день. Сухой ответ, лишь шаг вежливости в ответ на обожание. Но Марку это понравилось. Незнакомая поэтесса вдруг стала ещё родней.

Но больше он не писал комментарии под её работами.

Марк понимал, как много для творческого человека значила похвала, и клял себя за неспособность облачить восторг в правильные слова. Он не хотел показаться необразованным, неуклюжим в своей попытке выразить те чувства, что вызывали её стихи.

Её стихи, хотя сама она этого и не осознавала, продлили Марку жизнь.

***

Для Марты вся жизнь укладывалась в словах, она буквально жила ими, создавала произведения, которые затрагивали самые тонкие струны человеческих душ.

Слова всегда звучали в её голове, складывались в причудливые рифмы, но не всегда она могла записать их. Как сейчас…

Марта натянула на себя обтягивающее клетчатое платье. Пригладила волосы щёткой. Взглядом окинула стол, но не нашла на нём ни тетради, ни ручки. Жаль, что она уже опаздывала.

Почему стихи приходили так не вовремя? Либо, когда Марта уже засыпала, либо когда куда-то торопилась.

День был окончательно испорчен, толком не успев начаться.