Качели времени. Мама!

Или нет? Обстановка снова сменилась, и теперь я обнаружил себя сидящим на берегу моря. Первым делом посмотрел на небо и убедился в том, что солнце на нем ведет себя прилично и не несется прямо на меня. Потом огляделся по сторонам, и слева от себя обнаружил Томаса. Надо сказать, я этому ничуть не удивился.

– Ты лицемер и лгун. – сообщил я ему, как и намеревался.

– Аргументируй. – странно, но мужчина оставался спокойным.

– Из-за тебя пострадал Майкл, хотя ты обещал не вредить мне. Но он – моя семья.

– Кто такой Майкл?

– Не притворяйся! Это мой двоюродный брат, который, по твоей милости, провалился под лед! И теперь у него пневмония.

– Я сочувствую твоему кузену и его семье. Но почему ты решил, что я к этому причастен? И как бы я это сделал?

– Уж если ты путешествуешь по времени и пространству, а еще посылаешь мне сны, то и такое сделать тебе раз плюнуть!

– Увы, милый, я не всемогущ. Мои скромные возможности ограничиваются лишь путешествиями.

Я невольно глянул на бусину, которая висела у него на цепочке. Чем-то она похожа на мой агат.

– Что же до снов – у меня не слишком развита эта способность. Я только сегодня ночью наконец смог повлиять на твое сознание, до того не получалось.

– Ну да! А сон в медпункте?

– Что за сон, Оксинт?

Я фыркнул – ему что, охота комедию ломать? Но рассказал про свой дневной сон, в котором Томас принимал непосредственное участие.

– Ты там был! А потом еще и Майкла отправил под лед. Хватит притворяться!

– Про твой дневной сон у меня есть одна теория. Как и про Майкла. Но, прежде чем я ее изложу, скажи пожалуйста, зачем же мне нужно загонять ребенка на лед, да еще и проламывать этот самый лед?

– Тебе не надоело надо мной издеваться?

– Оксинт, я действительно не понимаю. Да, возможно, я не самый хороший человек, но как раз издеваться над детьми в мои привычки не входит. Напротив, я встану на защиту любого ребенка, и не позволю его обидеть кому бы то ни было.

– Ну да! Ты говоришь одно, а делаешь другое. Ты устроил происшествие с Майклом, чтобы к нам не приехала тетя Саша. Уж она-то тебе задала бы трепку!

– В этом я не сомневаюсь. – хмыкнул обнаглевший Томас. – Она дама боевая и перед ней я бессилен. Но, Оксинт, ты действительно преувеличиваешь мои возможности. Я такой же обычный человек, как и ты, и сверхспособностей не имею.