Пятнадцать поцелуев

Я ведь предупреждала: не надо врать.

– Да какая разница? – в конце концов нарушила тишину мама Глеба. – Я к этому нормально отношусь. Главное, чтобы сыты были.

– Я на минутку, – бросила я, отрываясь от стула и почти выбегая из кухни.

Больше не могу. Сейчас стошнит от этой постановочной пьесы, в которой я вынуждена принимать участие. И чем дальше – тем хуже! Им самим не противно? Устроили тут театр!

– Я скоро вернусь, – услышала я за спиной спокойный голос Глеба, и через пару секунд он вышел следом, остановившись позади на почтительном расстоянии.

– Привет.

– Привет, – выдохнула я.

– У тебя что-то случилось?

– С чего ты взял?

– Ты грустная. Сбежала ото всех.

– Да нет, всё в порядке.

Я промолчала.

Просто если начну рассказывать об этом – стану плакать. Бывают в жизни такие моменты, когда хочется всё бросить, изменить свою жизнь, а как это сделать не знаешь. И когда всё достало, и кажется, что всё плохо… Ерунда, в общем. Пройдёт.

– Может, рванём тогда в клуб? Пусть они тут свои взрослые беседы ведут, а мы без них потусуем.

– Только я возьму с собой подругу, – повернулась к нему наконец, испытующе глядя в лицо.

Уж не передумал ли он за два дня? Мы ведь всё решили.

– Без проблем, – развёл он руками, демонстрируя, что не против.

Я уединилась на лестничной клетке – так надёжнее – и спешно набрала номер подруги.

– Алён, тут дело важное есть…

Она не заставила себя упрашивать. И ждать её тоже не пришлось.

Когда мы подъехали к зданию клуба через час, подруга уже была там.

Познакомив их с Глебом, я облегчённо вздохнула, чувствуя себя теперь в более выигрышном положении, и проследовала внутрь, где уже вовсю толпился народ, гудела музыка, рекой разливались напитки.

Я не фанат таких заведений, но сегодня мне нужно было сбежать. И не важно, куда.

Мы заняли столик с диванами. Глеб отлучился на пару минут, увидев кого-то из своих знакомых, а Алёна, наклонившись к моему уху, закричала, чтобы перекрыть музыку:

– Не понимаю, чем он тебе по душе не пришёлся.

– Просто у меня есть правило, которому я не изменяю. И это правило гласит: если вы сразу не понравились друг другу – никаких скользких сделок с совестью. Без попыток «присмотреться», «притерпеться» и «дать второй шанс».

– Сурово, – хмыкнула Алёна. – Но справедливо.

И подняла бокал, чтобы выпить. А после снова поинтересовалась:

– Значит, у Глеба нет никаких шансов?

Я отрицательно мотнула головой.