Лаборатория чувств. Часть 1

И пожила пару месяцев в столице, предполагая, что обратно на малую родину уже не вернусь. Требования у всех были примерно одни и те же: чтение басни, стихотворения и прозы, песня, если умеешь петь (а если не умеешь – всё равно песня). При дальнейшем прохождении – дополнительные задания из разряда «удиви меня».

Я просмотрела сотни видео и прочитала несчётное количество познавательной литературы о том, как подготовиться и поступить. Но когда стояла в бесконечном ожидании своей очереди на прослушивание и в тысячный раз повторяла заученные до зубного скрежета фразы, коленки дрожали.

Самомотивация: «Главное – поверить, и я точно поступлю» не сработала. В трёх вузах я провалилась на первом туре. В четвёртый уже не пошла. Моральных сил просто не было, за что Оля меня, конечно, очень ругала. А мама вздыхала и пару раз не преминула сказать любимую фразу всех мам: «А ведь я говорила».

И я вернулась в свой город.

Это было не первое, но очень крупное моё разочарование в жизни. Не только в собственных силах и жестокости театрального мира, который отказывался меня принимать, но и в городе, которым я грезила.

Несмотря на то, что жила я всю жизнь в довольно большом городе в двух часах езды от столицы, мне казалось, что вся жизнь – именно там. Я приехала в Москву с широко распахнутыми глазами провинциалки, но скоро поняла, что люди здесь давно перестали замечать друг друга.

Может быть, это моральный упадок сыграл свою роль при поступлении. А может, я и впрямь не слишком талантливая. Но когда я начинаю думать, что у меня что-то плохо, сразу же всплывают и другие недовольства собой: не умею играть на музыкальных инструментах, плохо знаю английский, непластичная, неартистичная… В итоге выходит, что я абсолютно никчёмная, и жить мне попросту незачем.

Примерно в таком состоянии я и вернулась с позором в родной город. Нет, никто в меня пальцем не тыкал (об этом моём опыте вообще мало кто знал), но мне казалось, что теперь моя жизнь пойдёт под откос.