Каникулы в Лондоне – 3

На ехидный комментарий из зала, не хочет ли он повторить этот опыт, Ларри улыбнулся, замялся на мгновение и провёл рукой по волосам – ох, как хорошо мне знаком этот жест!

– Возможно, когда-нибудь, – ответил уклончиво. – Когда мне будет что рассказать.

После этого все расселись по своим местам, свет в зале погас… Как же я люблю этот момент! Когда вся магия вот-вот начнётся, и ждать уже больше не надо, но вместе с тем ты пока не догадываешься, какими будут первые кадры и что тебя ждёт.

Кинозал был потрясающим: мягкие кресла-мешки, оранжевые пледы, напитки в очень высоких и узких стаканах с трубочками и мягкий ковёр под ногами, так что хотелось разуться и ощутить его босиком, но я воздержалась.

Шум в зале стал понемногу стихать. Я убрала телефон подальше, чтобы не отвлекаться, и затаила дыхание. Небольшое волнение охватило меня при мысли, что я сижу на уникальном просмотре – это премьера фильма о жизни Ларри. Изнанка, которую я, как и многие поклонники, не вижу.

И сам он в зале.

Хотелось вскочить и броситься к нему, туда, ещё ближе. Я так соскучилась!

В этот момент на экране появились первые кадры. А точнее, слова, выведенные витиеватым шрифтом:

«Если ты веришь во что-то – иди до конца…»

– Когда ты решил стать музыкантом?

Мы ещё не видим Ларри, мы слышим голос ведущего. А перед нами – пробуждающийся Лондон, живущий своей собственной жизнью.

Такое начало вполне пришлось мне по душе.

– Иногда мне кажется, что я родился с этой мыслью.

– Но ты всегда был уверен, что будешь заниматься именно музыкой?

– Да.

– Даже когда опускались руки?

Небольшое молчание. А после уверенное:

– Да.

И вот – огромная сцена, ликующие фанаты, крики и слёзы. И Ларри на сцене. Я узнаю это место. Концертный зал Альберт-холл в Лондоне – там прошло первое большое шоу Ларри. Я помню, как он волновался. А это было уже больше двух лет назад.

Мужской голос за кадром вписывается в эту картину вполне гармонично:

– Его жизнь полна красок.

Картинка меняется. Ларри под вспышки камер говорит что-то в микрофон, держа в руках статуэтку – это, кажется, из того же периода, во времена Пола.

– …влюбляет в себя всё больше девчонок…

Объятия с поклонницами. Я уже не ревную. Почти.