Грядет царь террора

В один прекрасный день, когда у меня особенно ладилась работа, Лена заявила буквально следующее:

– Дорогой, я тебя люблю!

– Я тебя тоже, – ответил я, думая о том, как можно вообще противостоять страшной инфекции, если даже не знать ее особенностей, а ведь врачи прошлого, несмотря на огромные эпидемии, мало что знали о чуме. Они просто не успевали про нее ничего написать, поскольку умирали вместе со своими пациентами…

– Оторвись на секунду! – потребовала жена. – Нам надо очень серьезно поговорить.

– Да, да, я тебя тоже люблю, – повторил я.

Последняя моя фраза почему-то вызвала неадекватную реакцию со стороны Лены. Она ни с того ни с сего схватила вазу – антикварную вещь! – и запустила ею в меня. Хорошо еще, что попала в стенку над моей головой.

– Это еще что?! – строго спросил я, пытаясь вспомнить какую-то чрезвычайно важную мысль о первых микробиологических исследованиях, проводившихся Самойловичем.

– Я ухожу из дома! – закричала жена, зачем-то срывая штору с окна. – Живи со своими дурацкими книгами, потому что с людьми тебе жить нельзя!

«Весьма точное замечание», – отметил я про себя.

Я вообще по своей натуре домосед. Терпеть не могу ходить в гости, в театры, на разные презентации и в любые другие места, где собирается сразу больше двух человек. Во-первых, большая вероятность подцепить от них какую-нибудь контакгиозную инфекцию, а во-вторых, все равно ведь ничего умного не скажут…

Лена тем временем продолжала портить мне настроение. Она схватила с книжной полки цветную фотографию, снятую во время совместного нашего путешествия в Грецию, и порвала ее в клочья.

– Ты что, с ума сошла? – спросил я. – Это же память о посещении развалин храма Афины Паллады!

– Все! – сказала она. – Закрой за мной дверь…

– Когда ты вернешься?

– Никогда!

Как же женщины любят оставлять последнее слово за собой в таких вот разговорах! Проговорив «никогда», Лена повернулась и ушла, прихватив с собой заранее собранный чемодан со своими вещами.

Сделала она это настолько стремительно, что я даже не нашелся, что ей ответить, как удержать.

Когда я наконец смог подняться из-за рабочего стола, то Лены и след простыл. Я, правда, успел подойти к окну и краем глаза заметить красивую белую иномарку, в которую усаживалась моя жена. Помогал ей в этом какой-то невзрачный лощеный типчик в потертом джинсовом костюме. Мало того, что он был на целую голову ниже моей длинноногой жены, он еще страдал радикулитом.