Талисман Белой Волчицы

Знает, кого мне подсылать, – и вновь рассмеялся.

Алексей молча вернулся на свое место и выжидательно уставился на хозяина. Тот поворочался в кресле, кряхтя и ворча что-то себе под нос, повозил по ковру больной ногой, устраивая ее поудобнее, наконец вымолвил:

– Я бы это дело сам расхлебал, да вишь – ногу сломал неделю назад. Доктора говорят, не меньше двух месяцев придется на трех ногах прыгать, – кивнул он на костыли, – а мне нонче каждый день дорог. Тебя как зовут?

– Алексей Дмитриевич Поляков, младший агент сыскной полиции, – подал ему карточку агента Алексей.

– Вижу, что младший, – вздохнул Кретов, – но гонору уже на старшего хватает. Далеко пойдешь, если не сломают.

Из-за угла комнаты вынырнул с подносом в руках невозмутимый Данила в черкеске. На подносе в серебряном ведерке со льдом лежала прикрытая влажной салфеткой бутылка водки, стояли две хрустальные стопки и деревянная чашка с замороженной брусникой.

Молча разлив водку по стопкам, Данила обернул ведерко со льдом салфеткой и, поклонившись, так же молча удалился.

– Давай не стесняйся, – предложил Кретов, – хороший зачин в любом деле нужен. – Он поднял стопку и одним глотком опорожнил ее. Затем захватил из чашки пригоршню брусники и отправил ее в рот. Темные ягоды осели у него на усах, просыпались на грудь. Не глядя, Кретов смахнул их багровой от сока ладонью, обтер ее о халат и с удивлением посмотрел на Алексея. – Чего капризничаешь? Пей, тебе говорю!

– Зачем повторять дважды, – вежливо ответил Алексей, – на службе я не пью.

На самом деле он уже пожалел, что отказался, не из-за водки, нет. Слюна потекла из-за брусники, запотевшей в тепле, крупной, багровой, с беловатым бочком, подернутой подтаявшим снежком. Видно, только что с ледника подняли. Он прямо-таки ощутил и этот колючий ледок на языке, и кисло-сладкий, с едва заметной горчинкой сок, который так и брызнет в рот, стоит сдавить ягодку зубами…

Кретов с досадой посмотрел на него, сунул руку за пазуху, вытащив оттуда измятый конверт, и помахал им перед носом Алексея.

– Вчера я получил очередное подметное письмо, в котором мерзавцы требуют с меня уже триста тысяч рублей, а если я не выполню их требования, то сожгут мой пароход «Амур», а «долг», как они называют, возрастет до трехсот пятидесяти тысяч.

– Так вы действительно должны кому-то?

– Никому и ничего я не должен! – Купец в сердцах отбросил конверт.