Чекан для воеводы (сборник)

Больше того, он всячески старался наладить станичную службу таким образом, чтобы главный воевода при случае замолвил бы доброе слово за старого служаку перед высокими чинами в окружении царя Иоанна Васильевича Грозного.

На этот раз кроме главного воеводы Сокола Шеина станичного голову Сусалова и его команду, привезших «языков» на допрос, встречал незнакомый Акинфию начальник. Это был толстый человек с жиденькой, нахально топорщившейся бороденкой клинышком, делавшей лицо азиатского типа еще более противным.

– Это что?! Это кто?! – прорычал толстый начальник, аки лев могучий. – Почему связанные? Это кто, воры? – продолжал он чинить расспрос.

– Станичный голова сторожевой службы пленных доставил, – осторожно пояснил главный воевода, знавший окольничего Афанасия Курбановича Щенятина, как одного из самых подлейших интриганов при царском дворе и потому не желавшего хоть чем-нибудь его разозлить.

– Как звать-величать голову? – сменив гнев на милость, спросил Щенятин.

– Акинфий Сусалов, ваша милость, – представился станичный голова, низко кланяясь строгому начальнику.

– Хорош! Ты-то, голова, мне и нужен. Я послан сюда самим государем нашим Иваном Васильевичем для выяснения дел порубежных. Как там польские паны на той стороне не слишком колобродят? Сейчас ведь ранняя весна и если его величество польский король Стефан Баторий сызнова пожелает нам каверзы чинить, то ныне для этого самое подходящее время.

– А вот мы пленных-то и поспрошаем, – сказал главный воевода. – Станичный голова вовремя «языков» привез…

– Пленных в застенок пока, а с головой мне отдельно перемолвиться потребно, – распорядился Щенятин. – Давай-ка, голова, отойдем в сторонку…

– Как скажите, ваша милость, – перебросившись беспокойным взглядом с главным воеводой, ответил Акинфий, следуя за повернувшимся к нему спиной царским посланником.

Отойдя от ворот крепости, где и происходила встреча действующих лиц этой сцены, шагов на сто и присев на объемистое бревно, предназначенное для укрепления на крепостной стене лафета большой пушки, Щенятин строго глянул снизу вверх стоявшего навытяжку перед ним Сусалова.

– Говори без утайки, кого в измене подозреваешь? Мне надо знать имена всех, невзирая на должности и чины.