Колечко с бирюзой

Наташа пожала плечами, отвела глаза:

– Не знаю пока! Вероятно, первый семестр придется проучиться в Ленинграде, а там посмотрим…

Петр печально усмехнулся и обнял ее за плечи.

– Эх, Наташка, Наташка, как не было в твоем сердце местечка для меня, так, наверно, и не появится!

Наташа опустила голову и, когда его теплые, мягкие губы коснулись ее щеки, ничего, кроме досады, не испытала. Она чувствовала себя больной, разбитой и опустошенной. Ей было его нестерпимо жалко, но у нее не осталось уже сил ни на что – ни на уговоры, ни на обещания.

– Прости, если сможешь, но я такая, какая есть, и меня уже не переделать. – Наташа направилась к двери и, остановившись на пороге, спросила: – Ты проводишь меня?

В мгновение ока Петр очутился рядом с ней.

– Никуда я тебя не отпущу! Запру под замок, а утром сам объяснюсь с бабушкой. Думаю, она меня поймет и простит. – Он подхватил Наташу на руки и отнес на кровать. Заботливо поправил у нее под головой подушку, укрыл одеялом. – Поспи, успокойся. Я понимаю, что тебе сейчас нехорошо, но через день-два ты научишься получать удовольствие по полной программе! Поверь, учитель я хороший!

Откинув край одеяла, Петр уткнулся лицом в ее колени.

– Петя, милый, родной! – взмолилась Наташа. – Остановись, ради бога! Мне нужно срочно домой! У бабули больное сердце, ты же знаешь!

– Хорошо, – он поднял голову, – пойдем. Но дай слово, что сегодня окончательно обсудим и решим все вопросы.

Наташа облегченно вздохнула и даже поцеловала Петра в щеку.

– Спасибо, но ты тоже дай слово, что срочно сбреешь эту несносную щетину, а то она у тебя чище наждака.

Петр засмеялся, подхватил ее на руки и закружил по комнате:

– Девочка моя, только разреши, и я шага не позволю тебе по земле ступить!

Глава 9

Бабушка поджидала внучку на лавочке у калитки. Завидев две темные фигуры, показавшиеся на фоне заметно посветлевшего неба, она молча прошла в дом.

– Давай-ка сначала я с бабушкой поговорю, а ты иди к себе в комнату. Я позову, если потребуется.

Прокравшись на цыпочках мимо кухни, Наташа успела заметить, как Петр, отобрав у бабушки чайник, поставил его на огонь. Анастасия Семеновна что-то тихо говорила ему, но что именно, Наташа не разобрала.