Формула одиночества

Они были веселы и оживленны, то есть пребывали в обычном состоянии людей, вкусивших радости беззаботного отдыха на море.

Справа показались мрачные руины – скелеты недостроенных и разрушенных то ли временем, то ли войной зданий, судя по архитектуре – несостоявшихся гостиниц.

– Еще до войны начали строить, – пояснил Виталий, кивнув в сторону развалин. – Уже и окна застеклили, и сантехнику установили. Через месяц хотели принимать отдыхающих. А тут война. Все, что можно было растащить, растащили… В прошлом году хозяева приезжали.

Покачали головами и уехали. Говорят, легче все снести и по новой построить. Может, кто и начнет строить… Многих отдыхающих эти скелеты отпугивают, а что в них страшного? В них разве что змеи живут!

– Змеи? – вскинулась Сабрина. – Здесь водятся змеи?

– Ага, – засмеялся Виталий, – вчера тут питона видели. Огромного такого, зеленого… Ночью ходи осторожно, чтобы к себе не утащил.

– А я по ночам одна не хожу, – захихикала Сабрина и покосилась на Арсена. – Надеюсь, здесь найдутся настоящие мужчины, которые не побоятся составить компанию одинокой девушке.

– Надейся! – засмеялся Виталий. – Здесь все надеются!

Машина нырнула в узкий переулок. Стемнело, и в окнах добротных особняков по обе стороны дороги зажглись огни. Виталий вывернул «Ниву» на просторную, покрытую асфальтом площадку перед высоким забором. Из распахнутой настежь калитки с оглушительным лаем вырвались два пса: крупная серая дворняга с лобастой головой, в брезентовом ошейнике и рыжая, мелкая, по всему видать, тоже не голубых кровей собачонка.

Громко просигналив, Виталий высунулся из окна и крикнул:

– Обара, Анжела! Принимай гостей!

Собаки, заслышав его голос, завиляли хвостами и ретировались во двор. Тут же в его глубинах что-то с грохотом упало и покатилось, издавая громкое лязганье. Одновременно с этим звуком из калитки на приличной скорости выскочил детский велосипед, на котором восседал и бойко крутил педалями черноглазый малыш в одной майке и босиком.

– Папа! – Велосипед отлетел в сторону.

В мгновение ока малыш вскарабкался на подножку «Нивы», скользнул в открытое окно и, оказавшись на руках у Виталия, надавил на клаксон.

Резкий сигнал разорвал тишину, и только Марина успела перевести дыхание, настолько ее поразила резвость сорванца, как из калитки вылетела на рысях красивая молодая женщина в коротком пестром сарафане.

– Саид! Вашу породу мать! – Она держала в одной руке бутылочку с соской, а в другой – детские сандалики и шорты.