Фамильный оберег. Отражение звезды

Других ажо в моем улусе не будет!

Она слышала за спиной взволнованный ропот своих матыров, видела, как закаменело лицо Киркея, но Тайнах, закинув голову так, что на шее проступил острый кадык, расхохотался. И хохотал до тех пор, пока не поперхнулся степным ветром. Айдына с усмешкой на губах наблюдала, как Тайнах пытался отдышаться. Дождалась. Вытирая слезы от надсадного кашля, Тайнах проговорил:

– Кто бы сомневался, Айдына, что ты заменишь отца. Но нужно ли твоему народу, чтобы его возглавила женщина? Захотят ли воины Чаадара встать под твое знамя?

– Мы будем биться с тобой на мечах, – процедила сквозь зубы Айдына.

И следом добавила вкрадчиво:

– Ты забыл, наверное, как недавно лежал у моих ног, а острие моей сабли касалось твоей груди? Тогда ты жаждал меня убить, и что из этого вышло?

– Тебе повезло, Айдына, – даже в слабом свете луны стало заметно, как побагровел Тайнах. – Но это не значит, что повезет сейчас.

И выхватил из ножен короткий меч. Айдына повелительно протянула руку, и Киркей вложил ей в ладонь клинок, тот самый, который ему дала Ончас. Он понимал, что Айдыну уже не остановить. Не смущало ее и то, что Тайнах был в куяке и в шлеме, а она – в шароварах и в рубахе, а на голове – одна защита, платок, который она тотчас сбросила, оставшись простоволосой.

Всадники охватили поляну плотным кольцом. Но вдруг сквозь этот заплот пробилась Олена. В одной рубахе, босиком, с распущенными волосами, она смахивала на ведьму-шулмус, только кулаки у нее были тяжелее.

– Ах ты, ирод! – надрывалась Олена, расталкивая воинов Тайнаха.

И те в недоумении расступались, не понимая, откуда взялась эта женщина с перекошенным от ярости лицом.

– Чего удумал, косорылый! Мою Айдынку воевать?

Адай, рыкнув по-медвежьи, вырвал ременный повод из рук державшего его матыра и ринулся вслед за Оленой. А та уже выскочила на поляну и, растопырив руки, грудью пошла на Тайнаха, продолжая вопить не своим голосом:

– Ах ты, погань бесерменская! Брось саблюку, а то снесу башку непутевую.

Она подхватила с земли камень, замахнулась. Адай со свирепым лаем подпрыгнул, пытаясь схватить коня Тайнаха за морду. Тот поднялся на дыбы, дико заржал. Одновременно столь же дико закричала по-русски Айдына:

– Уйди, Олена! Тайнах убьет тебя!

И уже на родном языке:

– Адай! Прочь! Ко мне иди!

Но Олена и пес вошли в раж. Адай кружил вокруг коня, кусал за ляжки, за брюхо.