Брошенная и восставшая!

Он сказал, что Глеб заезжал к нему, но без ночёвки и шестнадцатого числа вылетел в Тюмень.

«Где же был мой муж после прилёта в родной город?» – думала я лихорадочно. Пролистывая записную книжку Глеба, я обнаружила новую запись на букву «Л». Он внёс телефон какой-то Леры. Я выписала её номер, на всякий случай…

Каждый раз, разоблачая Глеба, я по-детски усаживала всю семью за круглый стол для проведения семейного совета. На этот раз я выложила родителям факты измен Глеба: и про московскую командировку, и про то, что их сына в мнимые дни командировки видели спокойно прогуливающимся по центру Тюмени с молоденькой девчонкой; и про то, что из кармана его кителя выпали таблетки «Постинор», которые являются высокоэффективным средством предотвращения нежелательной беременности, применяемым после совершения незащищённого полового акта; и про то, что на время его командировки у меня пропадал мой паспорт из шкатулки с документами.

– Это означает, что Глеб ездил в Москву не один, а с женщиной, потому что в гостиницах СССР в один номер заселяют мужчину с женщиной только при условии, что они женаты.

Также я доложила родительскому комитету, что, находясь на мнимой конференции комсомольского актива в сентябре, Глеб, как я случайно выяснила, гулял на свадьбе, будучи свидетелем у сослуживца Женьки Боярского.

Из меня сыпался поток обвинений, выстроенных в моей голове в ходе логических размышлений и состыковок событий. Это было время в стране, когда за супружескую неверность на партийном собрании коммунистов исключали из партии, вот я и подумала, что мама с папой сейчас отругают сынишку, выпорют ремешком да поставят в уголок.

Я ещё не стала рассказывать родителям мужа, что ко мне на работу приезжала майор Зиночка – начальница Глеба, которая «доложила» мне о многочисленных изменах мужа. Я не хотела доставлять ей удовольствие своим вмиг испортившимся настроением, поэтому, собрав силу воли в кулак, улыбалась и говорила:

– У нас Глебом всё отлично! Мы любим друг друга! Часто ходим вместе на концерты, в кино, бываем у друзей на вечеринках.

Но она продолжала подогревать меня:

– Ты ходишь только на те концерты, на которые муж не нашёл, с кем пойти из многочисленного отряда своих любовниц. Ты замечаешь, что муж приносит домой не всю заработную плату? Ведь он покупает дорогие подарки любовницам.

– Нет, – отвечала я, – не замечаю.

Это был переломный день в нашем союзе. Это было начало конца брака.