Сумеречье. Легенда Сумеречного моря

Входя в комнату, где он находился, я чувствовала себя так, будто снова перенеслась в резиденцию принцессы Линарии, где мы виделись в последний раз. Эртан обещал, что поселит Филиппа в одном из своих домов, но мне почему-то и в голову не пришло, что он окажется именно в этом!

С нашей последней встречи состояние папы ничуть не улучшилось. Он оставался все таким же безучастным – молча сидел на табурете и смотрел в одну точку. Единственное, что выдавало в нем живого человека – это пальцы рук, непрестанно вращающие и ощупывающие небольшой макет корабля.

Удивительно, но папа сидел в мастерской Эртана, где тот обычно проводил время за чертежами и изготовлением макетов будущих кораблей.

– Даффи его кормит, – проговорила госпожа Явиа, когда я, подойдя к папе, крепко его обняла. – Разговаривает с ним, читает вслух. Он никак не реагирует, но нашей малышке упорства не занимать, говорит, что он сейчас все слышит и понимает, только реагировать не может.

Вглядываясь в мутные папины глаза, я негромко спросила:

– А он и правда понимает? Госпожа Явия, Овар, вы ведь… прежде потерянные, а теперь подчиненные души.

Может, знаете что-нибудь о таких состояниях?

Последовало недолгое молчание.

– Нет, Фридочка, – на этот раз госпожа Явиа, будь она материальной, покачала бы головой. – Ты ведь возвратила в тело Филиппа его улетающую душу – это некромантия чистой воды. Мы с некромантами дела не имели, слава Поднебесным.

Я непроизвольно вздрогнула, и госпожа Явиа тут же воскликнула:

– Ой, что же это я! Ты, Фридочка – совсем другое дело.

Душа у тебя светлая, уж поверь старухе. Обычно темная магия подчиняет себе магов, а не наоборот, хотя они этого и не понимают. Но с тобой все иначе.

Теперь уже я покачала головой, не желая продолжать обсуждение собственных качеств и, взяв папу за руки, пообещала:

– Не волнуйся, я все исправлю. Мы все исправим.

Меня все-таки усадили за стол и накормили только что приготовленной Фэксом рыбой. Несмотря на умопомрачительный вкус, кусок в горло упорно лезть отказывался, но я все равно продолжала есть, напоминая себе, что силы мне сейчас нужны, как никогда.

Как раз когда я закончила свой ранний ужин и поднялась из-за стола, в столовую вошла Даффи. Увидев меня, она замерла на пороге, округлив глаза, а затем ураганом подбежала ко мне и крепко-крепко обняла за пояс. Мы не проронили ни слова, и я только молча обняла ее в ответ, гладя по растрепанным черным кудряшкам.