Лимский синдром

Если раньше, дело обошлось парой оплеух, и максимум разбитым носом, то в этот раз Артур очень избил одну девушку, потом чуть не задушил, она потеряла сознание и чудом жива осталась. Он тогда проложил ее рядом с собой, а сам просто сидел и смотрел вдаль, видимо понял, что уже перешел все грани, думал, что убил ее. Но потом Эсмиральда, так ее звали… зовут, пришла в себя и давай кричать, что посадит его и все такое. Артур просто встал и ушел. И все могло бы закончиться для него плачевно, но «во время» подоспела Иоланта, которая в это время была в доме и все разрешила, как ей показалось, правильно: просто заперла эту девушку в доме.

Артур же даже ни как на это не отреагировал, ходил и делал вид, что ни чего не произошло, что он даже не знает ее. Но потом подобное случилось снова, появилась вторая и третья – все по одному и тому же сценарию. От безнаказанности, или еще чего, у Артура вообще крышу сорвало. И он стал вести себя как конченый мудак. И все попали в ловушку. Отпустить девчонок Иоланта не может, потому, что знает, что не только Артуру теперь конец, но и ей.

– Он причиняет им зло?

– Да.

Повисла тяжелая тишина, Я все рассматривала свои ноги, будто пыталась найти шестой палец, Алекс смотрел в окно, так нас и застала Иоланта.

– О чем, голубки, воркуете? – С усмешкой и подозрением уставилась она на нас, только тут я поняла, на сколько близко мы с Алексом сидим друг к другу и отодвинулась.

– Извиниться пришел, – буркнул Алекс, и встал.

– Извинился?

Он не ответил и вышел из комнаты.

– О чем болтали? – спросила Иоланта, как бы между делом, расставляя еду на прикроватной тумбочке. Держалась она непринужденно и приветливо.

– Ни о чем, я злилась, а он молчал.

От меня не скрылась довольная, мимолетная улыбка этой женщины.

Глава 3

Уже три дня я чувствовала себя нормально, а может сознание и организм, уже настолько привыкли к боли, что перестали ее воспринимать со всей остротой. Я уже свободно могла передвигаться по комнате, меня не тошнило, голова не болела и не кружилась даже без таблеток.

Как же это приятно не ощущать боль.

Второй яркий признак поправки – сильный аппетит. Иоланта приносила еду и с умилением смотрела, как я уплетаю все за обе щеки, и еще прошу добавки.

– Думаю, ты уже можешь самостоятельно спускаться в столовую, – в очередной приход сказала она, с неизменной улыбкой – заодно познакомишься с остальными обитателями дома, – я поперхнулась, Иоланта подала воды.