Искупление рода Лестер

Когда она открыла глаза, Миранды в зеркале уже не было.

Она чувствовала себя отвратительно, словно её мозг пропустили через мясорубку. И снова Глен, не Эбигейл, придержал её и помог присесть на стул. Когда Миранда предложила попробовать провернуть этот трюк, она предупреждала, что ценой этому будет большая потеря сил с обеих сторон, но Джен всё равно согласилась, и даже сейчас не жалела об этом.

Глухой звук дверного молота отвлёк от раздумий. Все посмотрели в сторону двери.

– Странно, – Эбигейл нахмурилась и пошла открывать, – кто бы это мог быть….

Когда она скрылась, Джен опустила голову на сложенные руки, но перед этим успела заметить настороженность на лице Глена.

– В чём дело?

Парень лишь посмотрел на неё и вышел вслед за сестрой, бросив через плечо «не высовывайся». Джен охотно подчинилась. Сейчас она была просто не в состоянии о чём-либо спорить.

Глава 14

Стук повторился, и в этот раз прозвучал настойчивее. Из гостиной донёсся ворчливый голос Джен, требующий открыть уже «эту чёртову дверь».

Стараясь не высовываться, Глен выглянул в окно, слегка сдвинув ажурную занавеску. И достал пистолет, который прятал за ремнём на пояснице. Он дал знак Эбигейл, чтобы она отошла от двери и, надо отдать ей должное, она прожгла в нём дыру и осыпала безмолвными проклятиями прежде, чем подчиниться.

– Эбигейл, бери Дженнифер и убирайтесь отсюда.

– Кто…

– Второй исполнитель. Просто…уходите.

Они встретились взглядами. Эбигейл так сильно сжала губы, что они превратились в тонкую белую полоску.

– Кто бы там ни был, я не пущу его на порог. И я не сбегу, как жалкая трусика, – добавила она, предупреждая его возражения.

Дорогой, опьяняющий аромат наполнил прихожую вместе с ворвавшимся запахом дождя и свежести. И знакомый сладострастный голос промурлыкал:

– Долго шла, хозяйка.

Глен толкнул дверь, Гвинет изящно уклонилась от неё и переместилась правее. Это была другая её грань, о которой он иногда забывал. Когда образ современной куртизанки крепко врастал в её кожу, скрывая её истинную природу.

Психопатка.

Пряди мокрых чёрных волос беспорядочно прилипли к лицу, потёкшая подводка добавляла безумства её взгляду. Но страшнее всего была улыбка.

Когда-то с такой же дружелюбной улыбкой она перерезала глотки всем пленным Руперта Лестер, провинившихся за недостаточное преклонение и, что важнее, несвоевременную уплату налогов.

Их было почти пятьдесят человек.

Гвинет перебросила волну мокрых волос на одну сторону.