Вера… Ника… Вероника

Пока дочь наслаждалась нехитрой закуской, мать взяла с полочки флакон с шампунем и как в детстве начала намыливать длинные волосы Верочки. Вера наслаждалась ласковыми прикосновениями рук матери, чувствовала себя маленькой и беззащитной. Не заметила, как потекли слезы, потом начала всхлипывать все громче и громче, а под конец и вовсе разрыдалась. Мать не говорила ни слова, лишь плотнее затворила дверь ванной. Она тщательно сполоснула длинные пряди, отжала и закрутила на темечке тяжелым узлом.

– Ну, вот и все.

Она вытерла руки, снова опустилась на скамеечку. Другая бы на её месте начала успокаивать плачущую дочь, выспрашивать, что случилось. Но Альбина Петровна знала, что в таких случаях человеку надо дать время выплакаться и успокоиться. Рыдания Вероники стали чуть тише, потом и вовсе стихли. Через несколько минут она вышла из ванны, закутала волосы в полотенце, надела халат и, поддерживаемая безмолвной Альбиной Петровной, побрела на кухню.

На плите во всю пыхтел и подкидывал крышку голубой чайник, на столе стояла початая бутылка водки.

– Еще налить? – спросила Альбина Петровна. Вероника отказалась. – Тогда чаю с малиной, – не то спросила, не то посоветовала мать.

Она налила большую чашку чаю, придвинула ближе вазочку с малиновым вареньем.

– Пей и согреешься. Я с тобой посижу, а потом спать пойдем, хорошо?

Вероника вздохнула и протянула ладони к чашке. Чашка обжигала, но женщина не отнимала ладоней.

– Спасибо, мамочка. Что бы я без тебя делала.

Альбина Петровна не ответила. Нельзя было не заметить, что Вероника сегодня другая, не такая, как всегда. И дело вовсе не в заплаканном лице или дрожащих пальцах. Нет. Что-то новое появилось в ней, словно четче прорисовались черты лица, взгляд стал острее и приобрел новое выражение. Вот и губы по-другому… Альбина Петровна с удивлением обнаружила, что Вероника стала похожа на Юльку.

Отпив несколько глоточков чаю, Вероника, наконец, посмотрела на мать.

– Я сегодня на квартире была. Там Кос…он с секретаршей был, – сказала и покраснела, как будто это её застали на месте преступления. – Я убежала. Да он и не остановил.

Мать молчала. Она напряженно вслушивалась в голос дочери, обнаруживая и в нем нечто новое.