Проклятие жизни и любви. Книга вторая

– О! Мой чайник закипел, – и Роза повернулась за кружкой.

– С такой неспокойной жизнью мы скоро не только чайника пугаться будем, – мама повернулась к Розе. – И мне налей, пожалуйста… – попросила она, доставая из ящика в столе пакетик с какой-то травой, и добавила: – И чабрец для успокоения.

В моей голове всегда творилось нечто невообразимое. Как справиться с тем, что намного сильнее тебя? Как жить спокойно, зная, что в любой момент может случиться нечто ужасное? Эти вопросы хоть и носили риторический характер, но не давали мне покоя.

На кухне появилась Таня. В одной руке у нее был букет темно-алых роз, перевязанный красной лентой, а в другой – коробка шоколадных конфет.

– Как раз вовремя, – сказала мама, забирая у Тани коробку с конфетами. – Это тоже для успокоения, – заверила она дочь, когда та подняла брови вверх и возмутилась.

Все, кроме Адриана, уселись пить чай.

– Я сейчас вернусь, – сказал Хозяин. – Спрошу совет у Айзека… – и он исчез, оставив на столе окрашенный в красный цвет стакан.

«Совет Тьмы» вновь состоит из трех существ. Теперь Титчелла заменяет Лари – верховный жрец нынешнего клана оборотней. Что касается самого Титчелла – с ним уже давно разобрался Эйдон.

В последнее время Адриан часто обращался с просьбами к «Совету Тьмы», и Айзек никогда ему не отказывал. Хозяина считали своим – четвертым в подземном мире. И общались с ним на равных.

– Айзек, Эйдон, Лари – приветствую вас, – почтительно сказал Адриан, явившись в подземный мир.

– Здравствуй, мой дорогой Адриан, – начал громко Айзек и привстал. – Что тебя привело?

Хозяин встал около круглого стола, но не осмелился за него присесть.

– Дерек напал на мою семью, – внутри демона-вампира кипело пламя, когда он произносил имя врага. – Но он не предпринял ни одной попытки, чтобы разбить силовое поле Виктории и забрать ее. Мы предполагаем, что ему что-то надо было из ее вещей для ритуала, – Хозяин замолчал, давая Совету высказать свое возмущение.

– Это вполне возможно, – задумчиво сказал Эйдон.

Его взгляд был, как говорится, «пронизывающим до костей», а лицо каменно-бледное.

– Не до конца вас понимаю… – проговорил Адриан и резко остановился. – Или вы имеете в виду Ирину?

Айзек просто кивнул.

– Сколько часов лететь до Парижа? – спросила Таня и взяла еще конфету.

– Чего это ты вдруг интересуешься? – мама перевела свой взгляд с чашки на нее.