Наследники Древних. Восточный ветер

Убедившись в том, что действительно цел, Лорк побежал за Латаром искать крылья. Они нашли горизонтальное на другом конце крыши, а вот вертикального нигде не было.

– Ветер. Всё дело в Ветре, – Лорк замер, глядя в задумчивости куда-то сквозь шумовики и развешенное на крыше бельё.

– Ты где? – окликнул его Латар откуда-то из-за высыхающих рубах, штанов и ещё чего-то, развешанного на крыше заботливыми хозяйками. Очнувшись, Лорк побежал к нему, выкрикивая на ходу:

– Латар! Всё дело в Ветре! В Ветре! Его не было! Поэтому я и упал! Ветра не было!

Латар резко схватил его за руку, появившись, словно из ниоткуда.

– Чего ты орёшь на всю крышу?

– Понимаешь, – уже тихо, но всё равно взволнованно ответил Лорк, – это не я, то есть – я не виноват, я всё делал правильно, это просто Ветер. Ну, его не было, он затих, и поэтому я начал планировать вниз, а вертикальное крыло ни на какие изменения не реагировало. Я не виноват.

Латар смотрел на улыбающееся лицо Лорка, на его яркие золотые волосы, веснушчатый нос, серо-золотые глаза, из которых лилась радость, и не знал, как ему поступить.

– Знаешь, лучше об этом никому не рассказывать, – Латар говорил медленно и серьёзно, – похоже, никто больше этого не заметил, и, поверь мне, будет лучше, если никто пока ничего не будет знать.

Лорк смотрел в бездонные чёрные глаза Латара и не понимал, как незнание может быть лучше знания.

– Представь себе, как ты говоришь им, что Восточный Ветер, который дул, не утихая ни на мгновение, сотни и сотни лет, даже Времён… Так вот, ты сообщаешь им, мол, тот самый Ветер затих, и не просто притих, став шорохом в переулках, а затих, на несколько секунд полностью перестал дуть, замолчал! Выдержат ли они такое? Это же… да я даже не знаю, с чем это сравнить!

– Но ведь это было! Он же действительно стих, точнее, не дул! Ты мне не веришь?

Они смотрели друг на друга, каждый – пытаясь донести до другого свою истину, и, наконец, Латар сделал выбор.

– Я тебе верю. Это действительно было. Я сам точно так же падал после такого затишья. Но мы не должны об этом говорить.