Змей Сварога

За ужином она не выдержала:

– Тебя не интересует то, что я узнала?

– Нет, – Виктор спокойно отложил в сторону нож и вилку, залпом выпил стакан воды. – Это может как-то повлиять на нашу жизнь?

– В каком смысле? – не поняла Зина.

– Ты вернулась домой. Мы живем вместе. У нас семья. Почему же мы должны говорить о том, что никак не может повлиять на нас? – спокойно проговорил Виктор.

– Ты серьезно? – Зина не верила своим ушам. Человека, в которого она влюбилась когда-то, словно кто-то подменил. Перед ней сидел глубокий старик – и он абсолютно не понимал ее, Зину.

Более того, и не пытался понять.

– Абсолютно, – кивнул Виктор. – Откуда ты пришла? – он уставился на нее в упор.

– Что? – растерялась Зина, не готовая к такому разговору. – Из института, ты же знаешь. Я в институте работаю.

– Тогда почему мы говорим о каких-то исчезнувших людях из деревни, к которой не имеем отношения ни ты, ни я? Разве это прерогатива преподавателя, распутывать такие жуткие истории?

– Я не простой преподаватель, ты же знаешь это, я не такая, как все, – слабо попыталась оправдаться Зина.

Она чувствовала себя так, словно сидит за рулем машины, из последних сил давит на газ и мчит прямиком в бетонную стену, чтобы, на всей скорости влетев в нее, разбиться в лепешку.

– А кто ты? Ты агент НКВД? Ты работаешь на палачей из этого ведомства?

– Виктор, пожалуйста, прекрати!

– Тогда зачем? Объясни, почему ты вечно лезешь не в свое дело?

– Я скажу тебе правду. Хорошо… – Зина помолчала.

Затем, собравшись, заговорила: – Мне скучно жить, – она вскинула на него глаза, не собираясь отводить взгляд, – мне скучно. Я не могу жить, как обычный преподаватель, так, как живут все! Неужели ты этого не понимаешь?

– Нет, не понимаю. И не хочу понять. Может, и я тебе скучен?

– Это здесь при чем? Разве это влияет как-то на наши отношения? – Зине хотелось плакать, но она сдерживалась изо всех сил.

– Имеет. Ты их рушишь. Еще одна твоя история – и будет разрушено все.

– Моя история? – Зина почувствовала, как вместе со слезами подступает ярость. – Или твоя?

– Ты имеешь в виду, то, что давно прошло. Я изменился, и хочу быть с тобой. Я хочу семью. Мне нужна домашняя женщина, которая обеспечит мне семейный уют, а не будет лезть в истории с окровавленными трупами. – Виктор говорил спокойно, но в этом спокойствии чувствовалось раздражение.

– С трупами? – мгновенно насторожилась Зина. – Я ничего не говорила о трупах.