Змей Сварога

Только совершенно больная, ненормальная женщина способна сотворить такое с собственной жизнью, а именно – снова впустить в жизнь Виктора Барга, который причинил ей столько зла.

Но одно дело – рассудок и логический анализ. И совершенно другое – живая душа женщины, которая сходит с ума от любви.

И Зина разрешила себе сходить с ума, решив извлечь для самой себя все, что только можно почерпнуть из этого странного чувства.

Ей вдруг понравилось любить – просто любить, не ожидая взаимности, для самой себя.

Оказалось, что состояние влюбленности может быть очень приятным, если вышвырнуть из него все страдания и наслаждаться любовью просто здесь и сейчас. Любить для самой себя оказалось гораздо легче, чем постоянно оглядываться на кого-то другого, например, на объект любви, думая, как он отреагирует на каждый твой взгляд.

Зина позволила себе любить потому, что разрешила себе это – здесь и сейчас, и исключительно для самой себя.

Во-первых, из такой разрешенной любви моментально убирались страдания, потому что Зине было все равно, любит ее Виктор или нет. Во-вторых, было просто замечательно не думать о будущем, по принципу: сегодня люблю потому, что так хочу, а завтра возьму и разлюблю. В-третьих, появлялось хорошее настроение, плечи словно расправлялись, и очень хотелось что-то делать – добиваться каких-то успехов, следить за собой, радоваться жизни.

Она пошла в парикмахерскую и покрасилась в блондинку, отказалась от вечных крысиных хвостиков и свободно распустила волосы по плечам. Заказала у дорогой портнихи несколько модных платьев. И даже дошла до совсем невероятного: купила у спекулянтки в женском туалете контрабандный крем для лица с китовым спермацетом и тушь для ресниц.

Словом, Зине понравилось жить в любви.

Новый год они встречали вместе – у Зины. Перед Этим Барг заявил, что не может пригласить ее к себе домой.

– Мои родственники всегда закатывают грандиозный прием на Новый год, – сказал он, – в этом году впервые тронулся лед, и в дом разрешили вернуться Игорю. Он теперь снова вхож в семью.

– А Лора? – нахмурилась Зина.

– Никто не знает, где Лора и что с ней.