Летайте самолетами Аэрофлота

А молодой, с добрым утром, – протянул он мне свою «лопату», – знакомься, это Слава, мой бывший начальник и «тайный разбойник», а я Викентий Павлович»». Он кивнул головой в сторону своего собеседника. Средних лет, прилично одетый кореец. Услышав, странные слова деда, Слава улыбнулся и протянул мне руку.

Здравствуйте, Слава, – пожал он мою руку.

Александр, очень приятно – ответил я на рукопожатие, думая, – почему это «тайный разбойник», не похож он на разбойника.

Ты завтракал – спросил меня дед.

Нет, только проснулся, умываться иду - объяснил я.

Давай к Славе, в 4-тое купе, там и позавтракаем – предложил мне Викентий Павлович.

Я попозже приду, с женой в карты доиграем – ответил я и вышел из тамбура.

Умывшись и вернувшись в купе, я застал там уже троих картежников, к пацану на подмогу прибыла его сестра, все ждали меня.

Я тебе чай взяла – сказала мне Люда и кивнула в сторону стола.

Ага, спасибо, – поблагодарил я и взял стакан, – во что играем?

В подкидного – серьезно ответил мальчик – на кону по десять конфет с пары.

Поехали – я стал раздавать карты, удивляясь, как десятилетний мальчик так точно и лаконично излагает условия игры.

В комнату зашел Викентий Павлович, извинился и полез под свою полку. Поковырявшись, он поднялся, держа в одной руке четыре бутылки водки, а в другой пакет с начатым гусем. Жена, поджав ноги, отодвинулась к стене и тревожно покосилась на свою шубу. Подмигнув мне, Викентий Павлович удалился.

Играли мы около часа, дети старались во всю мочь, похоже, учитель у них был серьезный.

Тут они – крикнула она в коридор, а потом обратилась к нам, – извините, здравствуйте. А Вы гуси-лебеди, давайте завтракать, живо. Увидев кучи конфет, она нахмурилась. Опять – грозно сказала мама сыну, – я же тебя предупреждала, ты мне уже надоел со своими нетрудовыми доходами, дед весь липкий стал от Ваших конфет.

Подождите, – удержал я мальчика и обратился к маме,– так нечестно, старались они на совесть, пусть забирают хотя бы половину выигрыша.

Бери, шулер, – согласилась мамаша, – извините, пожалуйста.

Пустое – ответил я и поинтересовался, – послушайте, на вид им не более двенадцати лет, а как хорошо они играют, кто их так научил.