Короли Молдаванки

– Обещай мне… Обещай мне никогда не ходить с ними… Обещай сохранить память…

– Я обещаю. Бабушка, я тебе жизнью клянусь, что никогда не буду уличной девицей с Дерибасовской!

Бабушка улыбалась в темноте. А Таня отворачивалась к окну, чтобы она не видела ее слез.

Через пару дней Софа, мать Иды и Цили, принесла весточку о том, что купчиха со Староконки, муж которой торгует овсом и держит всякие грошовые лавки, ищет прачек на два дня в неделю.

– Думала сама пойти за туда, – говорила Софа, любовно поглаживая свои толстые бока, – да здоровьем не вышла, ой, вэйз мир…

Таня не медля пошла к купчихе и договорилась о стирке.

Платила та гроши: 25 копеек в неделю, рубль в месяц. Но это было лучше, чем ничего. И Таня согласилась по вторникам и четвергам стирать у купчихи.

Она возвращалась через Староконку, с печалью вспоминая Ваську Жмыря. Трактир, в котором она с ним познакомилась, был совсем близко. Внезапно чьи-то наглые лапы схватили Таню пониже спины, а над ухом ее раздалось лошадиное ржание.

– Эй, ты, за куда спешишь-то? Ты новенькая? Я тебя раньше не видел.

Дюжий рыжий детина в рубашке, надувшейся пузырем, чувствовал себя хозяином положения, нагло поглядывая на Таню. Сколько она повидала таких, с фасоном, словно первоклассный купец, а на деле – мелкий, наглый жулик.

– Эй, ты куда? А ну подожди! Я с тобой еще не закончил!

Рыжий больно схватил ее за руку и развернул к себе. Таня вырвалась, глаза ее сверкнули ненавистью.

– А ну пошел ты!.

. – позабыв всю свою далекую гимназию, девушка послала его так, как посылают на Молдаванке.

– Что-о-о?! Это ты мне?! Да я тебе… – Рыжий уже занес кулак для удара, как вдруг коренастый черноволосый парень, каким-то чудом оказавшийся поблизости, перехватил его руку на лету и рванул вниз с такой силой, что Рыжий буквально взвыл от боли. С размаху он налетел на парня, но тут же был сбит с ног мощным, но коротким ударом. Рыжий полетел вниз, месить грязь. Вокруг собралась толпа, которую всегда привлекали такие потасовки.

Плотная толпа людей не позволила Тане сбежать. Она стояла внутри этого круга, и все внутри у нее обмирало.

Слишком хорошо зная нравы тех мест, Таня понимала, что нажила серьезные проблемы. Что делать, она не имела ни малейшего представления. Сердце ее сжала мучительная тоска.

Между тем Рыжий, на славу вывалявшийся в грязи, с помощью двух пьяных дружков уже успел подняться и со звериным воем снова набросился на парня.