Копи Хаджибейского лимана

– Вот шо, швицер, – тут в разговор вступил спутник девицы, – хватит тут ушами елозить! Сестру мою ты обесчестил – значит, надо платить! Деньги гони на бочку, да живо!

– Какие деньги? Вы с ума сошли! Я скромный госслужащий! – завопил Агоян. – Я сейчас милицию вызову!

– Вызывай, – усмехнулся брат, – вот мы заявление и напишем, как ты сестру мою в меблированных комнатах обесчестил! Изнасиловал обманом! Надругался над девушкой. И свидетели найдутся! Ваш муж, мадам, – обернулся он к жене Агояна, – известный бабник в городе.

Давид отступил назад, к жене, но та инстинктивно отшатнулась, вжалась в стенку. На нее было страшно смотреть, лицо ее выражало муку. Бог был низвергнут, и жуткая правда, которую она пыталась не замечать, на которую закрывала глаза, вдруг с обжигающей силой вырвалась наружу. И Агоян, похоже, почувствовал перемену, произошедшую с его женой, потому что еще сильнее затрясся.

Заявление об изнасиловании не было шуткой – особенно по тем временам. Особенно на человека, занимавшего такую серьезную должность. Пока станут разбираться, с работы однозначно турнут. Агоян прекрасно понимал это. А значит, долой финансовые потоки. И связи среди большевиков не спасут.

– Нету у меня денег, нету, – взмолился он, – я скромный служащий, живу на одну зарплату… Жалованье задерживают…

– Тогда я иду за милицией, – сказал брат девушки.

Очередной звонок в дверь прозвучал так резко и неожиданно, что Агоян подскочил.

– Да что это такое? Матерь Божья… – он совсем позабыл, что верить в Бога ему не положено по должности.

– Откройте! – брат девушки повернулся к жене Агояна.

Та, даже не спросив, кто там, открыла дверь. На пороге стоял молодой священник.

– Добрый вечер, дочь моя! Сочувствую в вашей скорбной утрате. Где усопший?

– Кто? Что вы говорите? – Женщина растерянно отступила на шаг.

– Усопший, говорю, где? – повторил священник. – В этой же квартире покойника отпевать надо?

– Какого покойника? Нету у нас никаких покойников! – закричал Агоян, приходя в себя, находясь на последней грани нервного напряжения от всего, что свалилось на него за этот вечер.

– Вы ошиблись, батюшка, – дрожащими губами произнесла его жена, – нет у нас покойника.

– Дай Бог, и не будет, дочь моя! – ответил священник. – Ну это если с разумом дружить будете.

С этими странными словами он достал руку из полы рясы.