Игра в саботаж

А может, их вообще не было? Он лег на пол и… потерял сознание. В таком состоянии он лежал так долго, что, очнувшись, опоздал на работу, в институт.

Тогда-то и мелькнула у него мысль, что с ним происходит какая-то страшная беда, и надо бы посоветоваться со специалистом. Но голос стал твердить, что врач просто запихнет его в сумасшедший дом, где он умрет. Ведь это сплошной заговор всех – уничтожить его неповторимость, его индивидуальность. Вокруг – лишь завистники, которые мечтают его извести. И если уж у него есть дар – а у него есть дар, потому что он не такой, как все, – нужно молчать, прятаться, таиться от всех, терпеть и следить, чтобы не выдать себя ни единым словом.

И он стал следить за собой. Поведение его изменилось. Он стал ходить более медленно, чем раньше, говорить, растягивая слова, и пристально смотреть каждому собеседнику в глаза, стараясь понять, не таятся ли коварные умыслы у тех, кто постоянно притворяется и лжет, общаясь с ним.

А самое главное – у него появился страх возвращаться домой, и этот страх подкашивал его ноги, едва он появлялся в начале своего переулка.

Видения же стали повторяться постоянно. И самыми мучительными среди них, как ни странно, были черные точки. Сначала появлялась одна маленькая, едва заметная точка – где угодно, на полу, на стене. Потом они разрастались, их становилось все больше и больше. И наконец они захватывали его в плен, окружая плотным коконом, словно чудовищными рыцарскими доспехами, а затем кружили, кружили с такой силой и скоростью, что он буквально валился на пол.

Несколько раз он снова терял сознание. Однажды это случилось прямо в аудитории, посреди лекции. Какая паника тогда началась! Вызвали скорую помощь. Приехавшие врачи всего лишь с помощью нашатырного спирта привели его в себя. Затем сказали, что это спазм сосудов – сильно повысилось давление, в общем, всю ту ерунду, которую принято говорить. Он поддакивал и соглашался, и терпел мучительные уколы, хотя голос и говорил ему, что и здесь ложь – ему вкалывают простую воду.

Но от больничного он отказался и на следующий день пришел на работу, потому что гораздо страшнее ему было сидеть дома – там он погружался в вихрь этих видений все больше и больше и потом гораздо более тяжело, чем раньше, приходил в себя.

В этот день он пришел домой под вечер. Потянул на себя тяжелую дверь парадной. И сразу же увидел черную точку на стене.

Она приближалась.