Игра в саботаж

– А Лариса пока не возвращалась. Я бы вам сказала. А я Аня. – Девушка откровенно кокетничала с ним, но Емельянову она почему-то не понравилась – было в ней что-то ехидно-хитрое, а он не любил таких.

– Вы хорошо ее знали? – подошел он к ней.

– Ну как хорошо… Она маме наволочки и пододеяльники прострачивала. Она портнихой в ателье швейном работает. И весь дом судачил, что она была просто помешана на мужиках.

– В каком смысле? – насторожился Емельянов.

– А в прямом! – воскликнула Аня. – У нее ж мужик за мужиком в квартире сменялся, позор просто! А как она за эти Тимофеевым бегала – это ж было сплошное посмешище! Он, конечно, был дядька красивый, ничего не скажешь.

– Что именно? Не бойтесь, говорите! – подбодрил ее опер.

– Ну, сказала, вроде Тимофеева вызывали на допрос в КГБ. Она все боялась, что его арестуют. А он вдруг к вечеру вернулся домой.

– Значит, у них были отношения, он ей доверял? – сделал Емельянов простой вывод.

– Ну, да, – кивнула Аня. – Она все время шастала к нему в квартиру. Конечно были. Только вот вместе они никогда никуда не ходили. А в его квартире Лариса торчала постоянно. Влюблена в него была, ну как кошка. А он, я так понимаю, ее вообще не замечал. Знаете, было аж обидно за нее.

– Сколько времени длились эти отношения, не заметили?

– Ну, месяца три – четыре точно. Она в последнее время такая гордая ходила – значит, думала, что с ним все серьезно. А у него точно с головой что-то было!..

– Ясно. У меня к вам просьба, – доверительно заговорил Емельянов. – Вот вам мой служебный номер телефона. Когда Лариса вернется, попросите ее мне срочно позвонить. Хорошо?

– Хорошо! А мне можно звонить? – улыбнулась призывно Аня, явно кокетничая.

– Всем можно, – отрезал опер. Впрочем, он тут же смягчил свой тон, исключительно из хитрости. – А вы не знаете, куда она пошла? Может, она на работе?

– Нет, – мотнула головой Аня. – У нее сегодня выходной. Она не каждый день работает, у нее сменный график. Куда пошла, не знаю. Утром собралась, и ушла, часов около 11. Да, маме сказала, что едет в город.

По дороге на работу Емельянова мучило какое-то странное чувство, словно он нащупал зацепку.