Игра в саботаж

Ну а подруга часто приходила.

– А мужчины, ухажеры? – настаивал Емельянов. – Встречалась она с кем-нибудь?

– Не знаю, голубчик, – вздохнула соседка. – Она такая скрытная была. Мужчины… да, пару раз приходили. Не больше… Так она никогда ничего не рассказывала. А если я спрашивала – говорила, мол, коллега в гости зашел. И все.

Как Емельянов ни старался, больше ничего интересного из соседки выудить не удалось. Он вернулся в комнату. Подошел к сотруднику, которому поручил разбирать письма.

– Кто ей писал? – спросил.

– Любовных посланий нет, – ответил тот. – В основном по работе, а еще от подруги.

– Имя подруги?

– Валерия Лушко. Живет вроде тут, поблизости, на улице Чкалова.

– Это хорошо, что близко, – хмыкнул Емельянов. – Ноги не бить. Вот что, смотайся на Чкалова и притащи мне сюда эту Валерию Лушко, если она дома. Если нет, выясни у домашних или у соседей, кто такая, где работает. И быстро.

Глава 5

Валерия Лушко оказалась парикмахершей. Работала она в салоне на улице Советской армии, по сменам.

Высоченная крашеная блондинка несколько вульгарной внешности, несмотря на то что привел ее сотрудник уголовного розыска к месту убийства подруги, испугана не была, наоборот – в ее туповатых глазах засветилось плохо скрываемое любопытство. Прямо с порога она нагло поинтересовалась, можно ли тут курить, после чего Емельянов цыкнул на нее, требуя вести себя более прилично.

Тогда дамочка напустила на себя вид сплошной добродетели и показала для официального протокола, что вместе с Кирой Вайсман училась в театрально-художественном училище, однако потом пошла по парикмахерской линии, так как парикмахеры больше зарабатывают.

Жила эта Валерия Лушко одна в коммуне на улице Чкалова, родом была из Николаева. Тут же она сообщила, что родители Киры умерли 10 лет назад, отец – от язвенного кровотечения в больнице на Слободке, а мать – спустя полгода от сердечного приступа. И Кира в 19 лет осталась совсем одна.

– Это вы были вечером у нее в гостях? – Константин сам вел протокол.

К тому моменту, когда Валерию Лушко привезли, тело Киры уже убрали из квартиры. Поэтому Емельянов отправил восвояси большинство сотрудников. К тому же он отлично умел писать стенографически.

– Я конечно, – сев на стул, Валерия Лушко как-то очень быстро растеряла весь свой вульгарный вид, и было видно, что чувствует она себя неуверенно.

– В котором часу вы пришли?

– В пять часов вечера. Кира меня пригласила.