Дневник призрака

А теперь скажи, куда мне идти, чтобы попасть в монастырь?

– Пойдем, покажу, – моряк повел его по берегу и вскоре вывел к небольшой тропке, вьющейся среди камней.

– Вот, барин, сюда и иди, – моряк указал рукой, – все вверх и вверх, не сворачивая, и дойдешь до места. Прямиком к самим воротам выйдешь. Там и постучишь. Час поздний, но странников они пускают.

– Еще раз благодарю, – мужчина вступил на тропу.

Моряк, развернувшись, быстро заспешил к своей лодке, стремясь быстрее попасть на баркас, чтобы переждать шторм в безопасном месте.

А странный пассажир шлюпки уверенно зашагал вверх. Идти ему было тяжело. Усилившиеся порывы ветра бросали мелкий песок прямо в глаза. Кроме того, тропа поднималась круто, ноги разъезжались в песке, а держаться было не за что – по бокам росли только чахлые кустики.

Однако мужчина уверенно справлялся с трудностями. Стиснув зубы, он стремительно продолжал идти вверх.

Шторм усиливался. Снизу доносился разъяренный рев уже сильных и мощных волн. Кроме того, ветер принес ледяной холод, от которого стыла кожа, как в самые студеные морозы.

Когда мужчина поднялся наверх, у него болели и слезились глаза.

Но мужество его было вознаграждено. Перед ним выросли деревянные ворота монастыря, обитые листовым железом. Разглядев у запертой калитки небольшой колокол, мужчина дернул за старенькую, вытертую веревку. Раздался пронзительный звон. Человек стал ждать.

Через время калитка отворилась, и в щель выглянул монах, возраст которого в темноте определить было невозможно.

– Простите, я путник. Сбился с дороги, – заговорил купец. – Вы не могли бы впустить меня переждать непогоду? Я слышал, у вас есть странноприимный дом.

– Как ты добрался сюда? – отозвался монах.

– Морем, на лодке.

– Заходи, сын мой, – монах отворил калитку пошире, и мужчина ступил на вымощенный каменными плитами двор.

Только во дворе монастыря, освещенном тусклыми масляными фонарями, стало видно, что отворивший калитку монах сгорблен и стар. Он провел прибывшего к дощатому двухэтажному дому недалеко от ворот.

Завел в комнату на первом этаже с очень скудной обстановкой – кроме простой деревянной кровати, стола, табуретки, там ничего больше не было. На стене висело огромное распятие, вырезанное из дерева. А единственное окно комнаты выходило на запертую церковь. Заведя гостя в жилище, старик-монах удалился.

Дверь отворилась, оторвав купца от созерцания всего этого. На пороге появился высокий монах средних лет с окладистой черной бородой.