Дневник призрака

– А… своими словами можете сказать? – взглянул он робко: было понятно, что потерялся в терминах.

– Могу, – хмыкнула Зина. – Этот старик умер естественной смертью. От инсульта.

– Чудненько… – Матвеев расслабился и покосился на Зину: – Значит, уголовное дело можно закрывать?

– Черта с два! – На Крестовскую начал действовать выпитый коньяк. – Этого человека убили! Его убили, понимаете?

– Вы можете это доказать? – Матвеев весь подобрался.

– Нет, не могу, – покачала головой Зина. – Я даже не знаю, как его убили.

Не говоря уже о чем-то другом. Но я чувствую, что он был убит каким-то очень хитрым способом.

– Эмоции, это эмоции! Документы показывают другое, – Матвеев потряс заключением.

– Это был абсолютно здоровый человек! – воскликнула Зина. – Все в норме – сердце, почки… Ему еще жить и жить! С таким организмом мог дотянуть до девяноста! Тем более… – она осеклась.

– Что – тем более? – тут же оживился Матвеев.

– Я обнаружила одну интересную особенность, – помолчав заговорила Крестовская.

 – У этого человека была анемия. Причем уже на уровне клеточных изменений, в общем, очень давняя анемия…

– Что это значит? – не понял Матвеев.

– Он не ел мяса, – пояснила Зина, – получал только растительную пищу. Ну, каши там, овощи, хлеб… И содержимое кишечника подтверждает это… То есть этот человек был вегетарианцем, и уже очень давно не употреблял мяса. Годами! Но это не вредило его здоровью, наоборот. У него не было холестерина, жировых отложений… Но для человека в нашем мире это достаточно странно – не есть мяса…

– Да, интересная деталь… – задумался Матвеев.

 – А как вы думаете, почему?

– Ни малейшего представления не имею! – Зина развела руками. – Но причина этому была. Должна была быть…

– Думаю, все станет понятно, когда мы установим его личность, – сказал Матвеев, – тогда будет и причина, и следствие. Все для нас!

– Двусмысленно звучит, – поморщилась Зина.

– Да? Как-то не заметил… – растерялся он.

Крестовская неожиданно для себя рассмеялась, уже не пытаясь скрыть, что кокетничает с ним.

Ей было плевать! На душе у нее было легко и спокойно. А все остальное не имело больше никакого значения. В конце концов – кому какое дело? Это была ее жизнь!..

– Я допрашивал родственников старушки-библиотекарши, – Матвеев, закашлявшись, резко перевел тему, – но никакой новой информации от них не получил. Они вообще… ну… придурковатые какие-то… О матери даже не беспокоились.