Дневник призрака

До купца доносился грохот бушующего моря. Он содрогнулся, подумав не к месту о том, каково приходится сейчас тем, кого стихия застала в этом штормовом море. Но эта страшная мысль тут же уступила место другой: за кого изуродованный, слепой монах будет молиться в запертой церкви ночью? Что вообще он собирается делать там?

Низко пригнувшись, прижимаясь к постройкам, купец принялся быстро продвигаться через двор – ему не терпелось узнать, что происходит в церкви. Обещание, данное встретившему его монаху – не выходить из комнаты, – как-то совершенно выветрилось из его памяти.

Сейчас он думал только о безглазом.

Вот и стены церкви. Подтянувшись на руках, купец попытался заглянуть в украшенное резьбой окно, но не тут-то было: деревянные детали мешали рассмотреть, что происходит внутри.

Тогда он аккуратно, осторожно двинулся вдоль церкви, стараясь держаться поближе к огромным окнам. И наконец ему повезло: одно из них оказалось приоткрытым. Больше того – на нем внизу было что-то наподобие форточки, которая была достаточно широка, чтобы в нее пролез человек.

Очевидно, на ночь ее оставляли для вентиляции.

Недолго думая, ведомый азартом охотника, купец буквально вцепился в стену, обломал два ногтя, подтянувшись на подоконнике на сильных руках, оперся коленями о деревянную раму и, поднатужившись, спрыгнул на пол. Он старался производить как можно меньше шума, однако понимал, что совсем уж бесшумным не был. Поэтому, попав внутрь, словно пытаясь вжаться в доски, купец распластался на полу, замерев и стараясь не дышать, в ужасе ожидая момента, когда к нему подойдут.

Однако никто не подошел.

Так прошло минут пять. Тишину церкви нарушало лишь какое-то глухое бормотание. А на доски пола падал отблеск горящих свечей.

Осторожно поднявшись и осмотревшись, купец двинулся вперед. Прежде всего он увидел ярко освещенный алтарь. Возле него горело множество свечей – было светло как днем.

На полу перед алтарем, словно повторяя позу распятого на кресте, распластался слепой монах.

На ступеньках алтаря лежала небольшая книга – в переплете из коричневой кожи, никакой надписи на обложке… И было непонятно, либо монах молится этой книге, либо она просто занимает какое-то очень важное место в его молитвах.

Стараясь двигаться бесшумно, купец стал прокрадываться поближе к монаху, уникая света пламени от свечей. Наконец он придвинулся так близко, что в сплошном бормотании монаха смог различить некоторые слова.