Первый лучик солнца

Что ж, поживем, увидим. Я уже наливала молоко в молочник, как в комнату отдыха, крадучись, вошла Тоня, подошла ко мне.

– Извини, что так вышло. Если бы Алексей Николаевич увидел, что я даю кому-то смотреть ведомости…

– Да ладно, не оправдывайся, все хорошо, я не в обиде.

Уж не знаю, подбодрило ли Тонечку то, что я не «выкнула» ей, но она решила кое-чем поделиться и прошептала на ухо как бы незаметно:

– Если что, твой знал о премии еще с пятницы, но я тебе ничего не говорила.

Бухгалтер мгновенно вылетела из комнаты отдыха, как пробка из шампанского.

Вероятно, опасалась потерять место из-за сплетен. Новость огорошила меня, я буквально остолбенела и не заметила, в какой момент убежал кофе.

– Блин!

Спешно переделала его и понесла шефу. Ничего не говоря, поставила на стол и вышла, никто меня не остановил.

До конца рабочего дня      я так и не переставала мучиться в догадках. В конце концов, устав от терзаний, постаралась выкинуть на время плохие мысли и думать о чем-то другом.

Когда собиралась потихоньку домой, зазвенел мобильный.

Достав из сумочки, увидела улыбчивое лицо Богдана на экране и поспешила ответить:

– Да.

– Представляешь, совсем из головы вылетело, в каком доме твоя мама сейчас консьержкой работает? Я забрал Жеку, вот как раз хочу отвезти его к бабушке.

На душе мгновенно полегчало, тревоги отступили, оставляя после себя лишь толику неприятных ощущений.

– Лесная, пятьдесят семь, первый подъезд. А почему ты…

– Давай все потом, мы погнали. Встретимся дома.

– Ладно, давай, – сбросила вызов и хмыкнула. Потом так потом.

Шеф вышел из кабинета и закрыл за собой дверь на ключ, подмигнул мне, будто прекрасно понял, с кем я только что общалась.

Когда весь офис был закрыт, мы вышли на улицу, босс ошарашил предложением:

– Тебя подвезти?

Растерялась на мгновение, но потом быстро взяла себя в руки и согласилась. Так будет быстрее, тем более, останется время привести себя в должный вид перед встречей с родителями любимого. Я сильно переживала, как его мать отреагирует на новость о свадьбе, ведь Богдан даже не заикался об этом!

Всю дорогу до дома я молчала, хотя язык так и чесался спросить про отгул Богдана и его премию.

Даже не знаю, как сумела сдержаться! Алексей Владимирович притормозил около подъезда, я поблагодарила его и стрелой метнулась в подъезд. Богдан уже ждал на пороге, переодетый в джинсы и светлую рубашку, заправленную за пояс. Что-то было сейчас в его глазах такое… опасное и дикое, странно.