Слово и чистота: Излом

Не прошло и пятнадцати минут, сперва послышался характерный рокот, а затем над пляжем завис небольшой, на шесть посадочных мест, вертолет без опознавательных знаков. Сперва из него на каменистый берег высадились четыре бойца-перевертыша из элитной группы, экипированных по полной программе, и только потом на пляж соскочил куратор РИЗВа. Как и всегда мистер Рок был одет в безупречный деловой костюм. Выслушав отчет местного безопасника, который, пока говорил, был бледен словно мел, куратор сразу отослал его на охрану периметра.

Все больше убеждаюсь, что репутация у службы кураторов наследника среди местных та еще. Впрочем, это сейчас было совершенно не важно. Майя как раз покинула Излом и, поздоровавшись, рассказала все что знала. Это, разумеется, не заняло много времени. Тяжело вздохнув, я сделал то, что мне сейчас совершенно не хотелось, но было необходимо, а именно – вышел в реальность.

– Мистер Рок, – подняв правую ладонь, поприветствовал я.

Бедные спецназовцы, мне отчетливо было заметно, как дернулся их сержант, когда за спинами его бойцов материализовался чужак в полной броне. По тому, как он повел плечами, боец отчетливо представил, что бы случилось с его боевой группой, если бы я оказался врагом. Впрочем, если бы их реально захотел убить рейг, то ему вообще для этого не потребовалось проявлять себя в реальности.

– Мастер, – поклонился в ответ куратор.

Этот человек почему-то взял за манеру называть меня именно так после моего театрального поединка с Созидающим.

Не став раскрывать подробности того, как я узнал, что Марек Совин и Унгор – одно лицо, по сути повторил ему все, что до этого ему уже рассказала Майя. Пока я говорил, куратор начал осмотр тела. Примерно через пять минут Рок поднялся на ноги и, отряхнув брюки, произнес:

– Да, очень похоже на несчастный случай. Конечно, окончательные выводы делать пока рано, но я вызвал лучших специалистов, и уже к вечеру мы будем знать точно.

– Да, – тут же ответила Майя.

Унгор был неразговорчивым и довольно скрытным, о нем никто из рейгов почти ничего и не знал. У него не было приятелей и тем более друзей. Наверно, из всех Рыцарей с ним больше всего общался я.