Падение в песок

Пусть думает, что я непробиваемый, хотя он наверняка знает, что это неправда.

В любом случае, вот он я, сижу и кручу в руках аккуратный конверт. Штат Мэн, окей. Та еще дыра. Почерк какой-то детский, и, скорее всего, вместо грудастой красотки меня будет ждать очередная вдохновенная проповедь от старшеклассницы-католички в духе "Сэр, у меня слезы на глаза наворачиваются от того, что вы делаете для страны, сэр, я помолюсь за вас, сэр".

– Открывай, – нетерпеливо сказал Денни. Свой конверт он уже разорвал и успел пробежать глазами по строчкам.

– А у тебя кто? – жадно спросил я.

– Старики из Огайо. Пишут, что будь у них сын, он бы наверняка был таким же как я.

– Засранцем?

Денни кинул в меня ботинок и повторил:

– Открывай.

Я не торопился. Я всегда медлил, когда открывал письмо от Any Marine. Может, дело было в том, что мне писали только они, мягкосердечные добровольцы. Я старался угадать, какой мой отправитель. Это он или она? Еще учится или уже работает? И, самое главное, что мне скажут в письме?

Я нарочито небрежно надорвал конверт, и из него выпал сложенный вдвое листок из школьной тетради.

– Если это твоя пышногрудая красотка, она, видать, учится на отлично! – давясь смехом, сказал он.

Я не обратил на него внимания и развернул свое послание.

«Вот оно, парень, – сказал мне внутренний голос, – сейчас узнаем, кто подумал о тебе в этот раз!»

«Эй, дружище,

Меня зовут Адриан и мне 15 лет. Я недавно видел на улице вербовщика, а еще на земле валялась брошюра Морской Пехоты.

Я еще учусь в школе, ну, ты, наверное, догадался. Я бы тоже хотел поступить в Пехоту, но не уверен, получится ли. Мама говорит, я не пройду по здоровью. Как думаешь, мне уже начинать тренировки?

Я захотел написать тебе, потому что вы, парни, крутые. Вы типа… вы делаете что-то важное. Может, этого не видно, но это есть. Наверное, все пишут вам спасибо? Я тоже напишу.

В общем, если захочешь или станет скучно, пиши. Я буду рад.

Твой друг Адриан».

– Лучше бы это была католичка, – сказал я и кинул письмо на пол.

Денни поднял бумагу, прочел письмо и снова рассмеялся.

– А тебе везет, – сказал он, – то набожные, то дети. Скоро тебе начнут писать старики из дома престарелых.

– Заткнись.

Я выбрался наружу.