Двойка по поведению

Горбунов слегка отпрянул, выдернул локоть из цепких пальцев, произнес без своей ухмылочки, напротив, весьма ворчливо:

– У вас гимназия с репутацией, а у меня работа с трупом. И одежду мне нечего рвать. – После чего двинулся к двери, скомандовав: – Показывайте, где общаться станем.

Лиза почему-то думала, что он разместится за учительским столом, но Горбунов выбрал парту, разложив перед собой папку с бумагами.

– Гена, веди тех ребят! – вновь скомандовал он на сей раз оперативнику.

 – А вы, Кира Анатольевна, правильность их показаний подпишете. Как уполномоченное лицо и как руководитель… – он в очередной раз хмыкнул, – образцовой гимназии.

Рогова ничего не ответила, лишь губы поджала.

Показания давал в основном Мухин. Лина Томашевская лишь слегка покачивала головой в знак согласия и при этом, усевшись за парту через ряд и представив всю себя полному обзору молодого следователя, весьма выразительно выставила вперед свои изумительные ноги.

Горбунов, однако, сделал вид, что напрочь не замечает ни эти изумительные ноги, ни все остальное, тоже изумительное, чем вверг первую красавицу в некоторое уныние. Лина явно рассчитывала произвести эффект, а «произвела» лишь сухой протокол.

– Почему вы спрашивали Валеру с Линой, что они делали вчера с девяти до десяти вечера? – строго спросила Кира Анатольевна после того, как за ребятами закрылась дверь.

– Потому что в это время убили вашу учительницу химии, – напомнил Горбунов.

– Вы подозреваете кого-то из детей?! – немедленно возмутилась Рогова.

– Во-первых, насколько записано в протоколе, им по семнадцать лет. Так что не совсем уж и дети, – спокойно отреагировал на директорское негодование следователь. – А во-вторых, мне придется и других спрашивать, где они были и чем занимались в это время. Вот вы, например?

– Я?!

– Ну да. А что такого?

– Я ушла вчера из гимназии в половине пятого, – холодно проинформировала Кира Анатольевна.

 – Между прочим, в мэрию, где в департаменте образования было совещание. Оно продлилось где-то до семи. Потом я беседовала с руководителем департамента… А где-то в девятом часу вернулась домой.

– А вы? – следователь уставился на секретаршу.

– Я ушла из школы в пять. Я прихожу на работу к восьми и ухожу обычно в пять, если, конечно, мне не приходится задерживаться по просьбе директора.