Друг большого человека

 – Мэр молчал, и Мазин продолжил уже уверенно, как и подобает начальнику: – Я плохо верю, что они из нашего ведомства. И что из соседнего ведомства, из ФСБ то есть, не верю тоже. Хотя у «соседей», наверное, всякие могут быть. И что люди они серьезные – тоже как-то сомнительно. А то, что они будут неофициально у нас под ногами болтаться, и вовсе неправильно. Сейчас много всяких, кто обещает горы свернуть и реки вспять повернуть, а на деле только вред один. Я, Вячеслав Васильевич, против всякой любительщины и неофициальщины.

Вот такое мое мнение.

И Мазин решительно сдвинул фотографии на край стола.

Романцев еще помолчал секунд тридцать, после чего спросил:

– Вы все сказали?

– Это вкратце, – подтвердил полковник.

– Ну а теперь скажу я. – Лицо мэра закаменело, и взгляд закаменел тоже, и голос стал каменным. – Вы, Виталий Георгиевич, пока даже на шаг в нужном направлении не продвинулись. Вы мне папочку принесли. – Романцев взял папку и потряс ею перед носом Мазина. Тот аж отпрянул. – В этой папочке, я так понимаю, деловые операции Бузмакина.

Целое досье собрали, большую работу, надо думать, провели. Причем не вчера начали, давненько приступили. И не любители явно трудились. Сильно уважаемые вами профессионалы постарались. Вот только действовали совершенно неофициально. Хотя, по вашим словам, неофициальщину вы не жалуете.

– Вячеслав Васильевич! – Мазин мотнул головой.

– Перестаньте! – «Камни» мгновенно рассыпались, и наружу вырвался огонь. – Только в расследовании убийства у вас ноль! А убили моего советника! Причем у меня под носом! Да вы знаете, что будет с вами и всем вашим местным ведомством, если я вашему руководству – причем совершенно официально! – свое возмущение выскажу? И не только непосредственно вашему руководству, но и кому повыше! А неофициально добавлю, что убийство в мэрии – это не просто преступление! Это, считайте, террористический акт, подготовку которого правоохранительные органы проморгали! И неважно, какой из всех ваших органов проморгал, разбираться будут со всеми.

И это мои соображения, так сказать, вкратце!

– Вячеслав Васильевич!..

– А теперь я другое скажу. – Бушующий «огонь» разом потух, лицо мэра расслабилось и взгляд смягчился, и голос приобрел доверительные нотки. – Убили, Виталий Георгиевич, не просто моего советника – лучшего друга. И сделали это совершенно намеренно у меня под носом. Я не исключаю, что убийцу знаю в лицо. А если я не знаю, то знает кто-то из людей в моем окружении.