Ветер с Севера

Жена кузнеца подняла голову, и большие карие глаза ее сверкнули так ярко, что на миг показалось – от их блеска можно ослепнуть.

– Моя дочь уже занимается ужином, – сказала она. – Пойдемте, госпожа, я провожу вас в комнату.

Ретта вопросительно поглядела на Аудмунда, и тот кивнул:

– Идите, отдыхайте и ни о чем не думайте. Когда будет готов ужин, за вами пришлют.

– Хорошо, эр-князь.

И, подобрав юбки, поспешила следом за провожатой.

Хозяйка сняла со стены один из светильников и стала подниматься по узкой деревянной лестнице.

Ступени чуть слышно поскрипывали, и от этого звука на душе делалось уютно и как-то мирно. Сквозь распахнутое окно доносилось кудахтанье куриц и громкий смех солдат.

– Сюда, госпожа, – пригласила Дэгрид, распахивая перед гостьей дверь.

Ретта вошла и с облегчением выдохнула. Отдых. То, чего ей, несмотря на всю заботу и предупредительность провожатых, так не хватало в последние дни: настоящая кровать с чистым, тщательно накрахмаленным бельем и мягкая даже на первый взгляд перина.

– Воду для купания вам сейчас принесут.

Хозяйка глядела с некоторым беспокойством, словно опасаясь, что может чем-нибудь не угодить невесте князя. Мысленно отметив про себя этот весьма важный, по мнению Ретты, факт, она поспешила успокоить:

– Все просто чудесно. Спасибо вам за заботу.

– Не стоит благодарности, госпожа, – сразу же расплылась в улыбке Дэгрид. – С вашего позволения, я пойду распоряжусь.

– Конечно, ступайте.

Дверь тихонько закрылась, и Бериса, внимательно оглядевшись по сторонам, принялась хозяйничать.

Проверила постель, развесила на спинке стула одежду, осмотрела стоящий у стены сундук.

– Кажется, комната эта принадлежит одному из сыновей Холварса, – заметила вслух няня. – Дочь его явно не стала бы держать у себя в спальне молоток, обломок старой подковы и кусок цепи. Зачем ему этот хлам, хотела бы я знать? Надеется когда-нибудь в будущем переплавить?

– Почему бы и нет? – пожала плечами Ретта и подошла к окну.

Солнце уже успело почти полностью скрыться за горизонтом.

Небо налилось густой синевой, и кое-где постепенно начинали проклевываться первые звезды, и лишь пара или тройка факелов во дворе разгоняли тени.

Вновь, уже в который раз, послышался взрыв хохота, и она пригляделась внимательней к происходящему. Двое воинов из числа ее провожатых кормили лошадей, а Холварс стоял рядом, что-то им говорил и выразительно водил руками в воздухе, описывая то круги, то волнистые изгибы, то прямые линии.