Ветер с Севера

По обеим сторонам голубели незнакомые цветы, и Ретта решилась, пользуясь случаем, уточнить:

– Что это?

– Северный лен, – отозвался Аудмунд. – Наши предки его вывели еще до катастрофы с прародиной и рассадили на полуострове. Он отлично прижился, а потом и сослужил хорошую службу. Во всяком случае, в тканях и канатах недостатка нет.

– Спасибо за разъяснения, – поблагодарила она.

Скоро стланик сменился елями. Поначалу тонкие, с каждой пройденной милей они становились все выше и толще.

– Стоять, – скомандовал Аудмунд и пояснил, обращаясь к Ретте: – Ну вот мы на месте.

– Но…

Ничего похожего на водопад поблизости не наблюдалось. Впрочем, прислушавшись, она вскоре уловила отдаленный шум.

Оборотень подошел и помог спешиться.

– Ну что, идемте? – спросил он Ретту, и на лице его светилось почти детское нетерпение.

Она и сама ощущала, как в глубине души растет восторг. Ведь это самое настоящее чудо, о подобном она прежде слышала только в сказках!

– Иди, малышка, – отозвалась Бериса, заметив взгляд подопечной.

И тогда Ретта, вдохнув поглубже, двинулась следом за Аудмундом. Через несколько сотен шагов деревья расступились, и она не смогла сдержать восхищенный возглас.

На противоположном конце поляны, оказавшейся подножием высокого обрыва, в ярком свете стоящего в зените солнца блистал водопад. Справа и слева обрыв понижался, сбегая вниз полукругом наподобие дворцовой лестницы, вода каскадами прыгала, резво убегая в сторону моря, а на самом верху, там, где вздымались к небу вековые сосны, сверкали радуги.

– Семь, – прошептала Ретта, для верности еще раз пересчитав.

– Да, семь, – последовал тихий благоговейный ответ.

– Вы тоже столько видите? – обрадовалась она непонятно чему.

– Именно так, – подтвердил Аудмунд, и на лице его Ретта разглядела непонятное выражение – смесь восторга и решительности.

«Интересно, что же он такое загадал?»

Впрочем, было ясно, что ответа узнать пока, увы, не суждено. Разве только потом, когда пройдет время.

Она прикрыла глаза, стремясь сохранить волшебное мгновение в сердце, и услышала тихие слова над самым ухом:

– Еще совсем чуть-чуть, и мы дома. Всего несколько дней. Вы готовы, герцогиня?

Ретта задержала дыхание, прислушалась к внутреннему голосу и сказала в конце концов:

– Да, готова.

Аудмунд кивнул, словно ничего другого не ждал, и ответил чуть слышно:

– Отлично.

И снова повисла всеобъемлющая, звенящая тишина.