Ветер с Севера

– Я сама сейчас отнесу на кухню, – сказала няня, когда тарелки с кружками опустели.

– Хорошо, а я тогда займусь вещами.

За окном успело окончательно стемнеть, и можно было подумать, будто вслед за утром сразу наступила глухая ночь. И лишь гроза с раскатистым громом, молниями и проливным дождем напоминали, что происходящее не имеет ни малейшего отношения к естественной смене дня и ночи.

Ретта тщательно проверила, закрыты ли окна, убрала со стола в сундук книги и рукописи и огляделась по сторонам, думая, не надо ли что закрепить, пока не начался шторм.

Корабль слегка накренился, разворачиваясь в сторону извилистой глубокой бухты, и она вглядывалась в проплывающие мимо скалистые берега, гадая, как долго может продлиться нежданная буря. Но выходить на палубу, чтобы спросить команду, было бы, конечно, чистейшим безумием.

Она, безусловно, не могла видеть, что происходит на борту «Счастливого», лишь слышала топот ног, возбужденные голоса и грохот чего-то тяжелого, зато более-менее видела хорошо подсвеченного огнями светильников «Князя Эргарда».

Матросы крепили пушки и такелаж, возились с вантами, то и дело спускались зачем-то в трюм.

Снаружи послышался характерный скрежет, и Ретта поняла, что «Счастливый» тоже вслед за собратом стал на якоря.

Дверь вновь открылась, и вошла няня с солидным мотком веревки в руках.

– Ну-ка, помоги мне, – скомандовала она и принялась подтаскивать сундук Ретты к ножке стола.

Вдвоем они возможно надежней укрепили его, тщательно проверили содержимое, обернув в тряпицы хрупкие склянки.

Море у входа в залив густо пенилось, и «Князь Эргард» временами совсем скрывался из вида. Корабль раскачивало все сильнее, и Ретта предпочла улечься на койку. Бериса помогла ей устроиться поудобнее и привязала к светильнику пару крепких петель, чтобы воспитаннице было за что держаться, сама же предпочла устроиться на полу.

В открытом море ветер срывал верхушки волн, с остервенением кидая их на прибрежные скалы.

Ветер выл подобно голодной волчице, и Ретта, закрыв глаза, принялась фантазировать, что она не в море сейчас, а в Вотростене. За окошком зима, беснуются ураганы, а она сидит у камина в кресле и греет руки. Конечно, обстановку зала она могла лишь вообразить в меру собственных возможностей, но здесь и сейчас картина выглядела вполне достоверной.

На палубе раздались громкие голоса, и Бериса, поднявшись на ноги, выглянула в окно.