По ту сторону памяти

Влада почувствовала, как готовы пролиться слёзы, которые она сдерживала с таким трудом.

Даже если надо было срочно выехать в Туапсе, неужели он не должен был ей об этом сообщить? Кто она для него – просто соседка? А о дочке он подумал?

Самвел обнял её за плечи:

– Успокойся, рано с ума сходить, молоко пропадет, что малышка есть будет?

А потом добавил серьёзно:

– Я попытаюсь пробить по своим каналам. Как выясню – сразу дам знать. Иди домой и береги себя и дочку.

– Может, в милицию? – с надеждой спросила Влада.

– С милицией подожди. Не к спеху.

Через несколько дней Самвел навестил её, хмуро сообщив, что все его попытки выяснить местопребывание Арсена ни к чему не привели.

– Тупик какой-то, – он замолчал, привычно барабаня пальцами по столешнице. – Но то, что жив-здоров муженёк твой – это точно. Случись что – знали бы, – он задумался, помолчал, прихлопнул раскрытой лодонью по веселой клеенке в мелкий цветочек. – С деньгами у тебя как? – он поднял глаза на Владу.

– С деньгами… Хватит на первое время, – она метнулась к металлической банке, стоявшей на полке.

Банка была пуста – лишь на дне завалялась трёхрублевая бумажка. Влада чувствовала, что её сотрясает озноб – здесь лежали остатки денег, которые ей удалось скопить, пока она жила в санатории. Совсем небольшая сумма, но это были деньги, на которые можно было продержаться какое-то время. Мгновенно память вытолкнула на поверхность другое воспоминание – ту страшную ночь, когда в их дом ввалился пьяный отец, а она сбежала к соседям.

– Всё ясно, – голос Самвела вернул ее к действительности.

– Что, что ясно? – прошептала Влада.

– А то, что всё в порядке с твоим Арсеном. Жив-здоров где-нибудь за Уралом.

– Но почему?

– Почему? – Самвел задумался. – Зачем тебе это? Сбежал он, как шакал трусливый сбежал. Забудь. Лучше подумай, как ты жить будешь. Останешься здесь? Вернёшься домой? Хочешь на работу вернуться – приму, а дочку в ясли отдашь.

Влада долго сидела, не в силах ни о чем думать, словно разом потеряв способность оценить ситуацию и принять хоть какое-то решение. Одно она понимала чётко – ни в какую милицию она обращаться не станет. Прислушиваясь к себе, она не находила ни злости, ни ненависти.