Невыносимые. Дорога до чужих миров

Натащили кузнецу груды кинжалов, Кристаллов и наконечников для стрел. Несколько раз чудом избежали магоновых стрел и ящериных зубов, разыскали несколько редчайших растений, которых было не найти в этой части Ортая, залечили ухо Элая, укушенное осой из лесного Мира и опухшее до того, что перекосило даже щеку.

Словом – было лето.

– Я вот не понимаю. – Тахар посолил крупу в котелке и облизал ложку. – Почему никто всерьез не занимается Мирами? Почему никому нет дела до них?

– Клинки, – фыркнул Элай.

– Кристаллы, – раздраженно перебил маг. – Почему не использовать их организованно, скажи? Карты. Это ж какая возможность для магов! Изменять, усиливать, совмещать заклинания – это что, никому не интересно?

– Их мало очень, Карт. И обученные маги их не любят, хотя…

Элай осекся, но все и так поняли. Шель, отец Тахара, был обученным магом, но он и сам любил рисовать что-то вроде Карт, причем рисовал отменно, и ему удавалось придумать собственные способы совмещения заклинаний.

Тяга к экспериментам действительно была странной для обученного мага. Может быть, именно из-за этих своих странностей Шель и попросился гласником в Лирму, подальше от Школы и магического сообщества в целом? Кто его знает.

– Миры – целый пласт, который все вокруг упускают. Почему не взяться за их изучение всерьез? Мы могли бы понять, откуда они взялись, больше перенимать отсюда всяких полезных вещиц, ведь даже со здешними растениями не так-то все просто, хоть ты и кривишь нос.

– Да ладно тебе, – махнул рукой эльф. – Многим интересно. Рань вот, было дело, землю рыл, хотел выяснить, как делались амулеты для переходов. Почему этого уже никто не помнит? Порталы не так-то давно появились.

И как выходит, что размер амулетов может быть каким угодно, что камни в них какие попало, а то и вовсе не камни, а мусор всякий, но они же все равно работают…

– И почему ими могут пользоваться только младшие в семье, – добавил Тахар.

Элай пожал плечами.

Так повелось, что амулеты передавались по наследству. К тому времени, когда сын или дочь были готовы к первому путешествию, родители не ходили за порталы уже много лет – и никто не знал, почему так получается.