Мытарство. Великий обман

Мысль вернуться наверх всё никак не покидала. Очень хотелось прекратить этот адский холод, который отступил лишь тогда, когда священник спустился ниже леденящего тумана.

– Тепло, – радовался мужчина, не обращая внимания на то, что под белым туманом была ночь.

Ярослав прищурил глаза, чтобы лучше разглядеть обстановку вокруг. Туман выполнял функцию тусклой луны, освещая всё вокруг. Примерно километр отделял священника от подножья горы. Но дальше, куда не глянь, простирался огромнейший каменный лабиринт. Мужчина сел и ухватился за голову.

– Это не мытарство, – шептал он. – Это самый настоящий ад.

Ярослав развернулся и уже хотел подниматься наверх, туда, где выход – прекрасная серебряная дверь.

– Мама, мамочка! – раздался детский голос.

– Да что ж ты будешь делать! – вздохнул священник и принялся спускаться.

В нос бил неприятный запах тухлых яиц. Ярослав очень хорошо был знаком с этим запахом. Испортившиеся пасхальные яйца именно так и пахли – тухлятиной. Думая о яйцах, непроизвольно забурчал живот.

– «Вот бы сейчас яиц! И пасхальный кулич! И кефир!» – мечтал мужчина.

– Мамочка! – раздался голос совсем близко.

– Ты где?! – крикнул в ответ Ярослав, спустившись с горы.

В ответ никто не откликнулся, что не удивительно. Каждого ребёнка родители с детства учат не разговаривать с незнакомцами, не доверять чужим, особенно мужчинам.

– Ты где? – повторил священник. – Я тебя не обижу! Я тебе помогу! Я знаю, где выход!

– Я здесь! Мы здесь! – послышались детские голоса совсем недалеко от входа в лабиринт.

– Идите сюда! На мой голос! Сюда идите! Сюда! Сюда! – повторял Ярослав снова и снова.

– Мы идём! Только не уходи! – послышался нежный детский голос.

– Я не уйду! Все сюда! Я знаю, где выход! – повторил священник.

– И меня подождите! – послышался мужской голос чуть дальше от места, где звучали детские голоса.

– Все сюда! – кричал Ярослав что есть силы. – Сюда!

Из лабиринта откликалось всё больше голосов. Люди плакали и умоляли не оставлять их.

– Не бойтесь меня! Я священник!

– Мы не боимся, – ответила старшая из девочек, шмыгая носом и вытирая слёзы.

– Дождёмся остальных, и я отведу вас к выходу, – сообщил Ярослав.

– А ты точно добрый? – хотела знать младшая девочка лет четырёх.

– Я добрый, – подтвердил священник и продолжил зазывать людей.