Любовь… Нелюбовь…

Может, поэтому так опьянела она от этой бутылки, опьянела сильно, некрасиво и как-то отчаянно. На цыпочках прокравшись в комнату к дочери и проверив, что та спит крепко и спокойно, убежала на кухню и, не обращая внимания на ворчание не курившего Олега, долго смолила в форточку, первый раз не боясь, что ее застукает свекровь. А потом сама спровоцировала секс с мужем. Злой такой секс, безлюбовный, животный. Олег, не ожидавший этой прыти от вечно усталой и вялой в последнее время жены, даже ошалел от такой страсти.

А потом, когда все кончилось, и Машка закрыла глаза долго всматривался в ее лицо, в свете уличных фонарей, заглядывающих к ним в окно.

Но Машка только делала вид, что уснула. Выдержав его взгляд, зажмурившись так, что заломило в висках, она дождалась, пока муж уснет, а потом откатилась к самому краю кровати, вжалась в стенку, просто распласталась по ней, скинув общее одеяло, чтобы не коснуться его теплого тела, даже ступни, которая вдруг вызвала у нее приступ тошнотного отвращения.

Кое-как справившись с головной болью, Машка протолкнула в себя чай и полбутерброда с дефицитным сыром, вяло заплела дочке косы и выдержала полчаса утренних гамм. В воскресенье они всегда ходили с Олегом на оптовый рынок «затариваться» на неделю. Благодаря ее, уже довольно приличной зарплате, у них появились деньги, и они уже позволяли себе чуть больше, чем раньше. Пошли и сегодня, долго плелись по пустырю к рынку, волоча за собой сумку на колесиках. Мартовская хлябь вдруг сменилась метелью, в моментально навалившем мокром снегу вязли ноги, у Машки промок и набух капюшон дешевой куртки, текла и щипала глаза тушь и она чувствовала себя совершенно несчастной.

Да еще дурацкая привычка Олега! Вечно он вел ее за руку, как маленькую, поддерживал, чтобы не упала. Как старуху! Он и сказал ей как-то, что его мечта – состариться с ней вместе и ходить с палочками по скверу – два старичка, за ручки. Сейчас, в мокрети мартовской пурги, когда они тащились именно так, как он мечтал, Машка вдруг об этом вспомнила. И на нее накатила жуткая, беспросветная тоска.

В понедельник уже с утра в лаборатории царила веселая суматоха. Чудная идея директоров организовать свой цех на севере, прямо на берегу Белого моря, в совхозе, занимающимся зверобойным промыслом – вдруг нашла поддержку у. высокого руководства. И действительно, такое количество мясных отходов идет на выброс – это тонны шикарных питательных сред для микробиологии.