Долгая дорога к любви

А здесь с коллегами из компании «Двенадцать» жарят шашлыки на даче у начальника отдела импорта Игоря. Её блестящие глаза наполнены азартом и озорством. Скоро они будут играть в фанты, и она поцелуется с будущим любовником Павлом. Но всё это происходило до знакомства с Филиппом. Мила поглаживала дрожащими пальцами документальные подтверждения её счастья, и слёзы сожаления и недоумения неумолимо подступали к глазам.

Неужели именно с Филиппом, главной любовью её жизни, она потерялась, стала несчастливой и привыкла страдать от непонимания себя в этом мире? Не ошиблась ли она тогда, пятнадцать лет назад, выбрав своего красавца мужа и подростковую мечту уехать во Францию, вместо того чтобы жить в гармонии и радости с друзьями, занимаясь любимой работой и продвигаясь по карьерной лестнице? Стоила ли эта невероятная жертвенная, страдальческая любовь и болезненный жизненный опыт спокойствия и стабильности в родном краю? Сложно ответить однозначно.

Сейчас, так удачно совпали все события, что у неё появилась наконец-то возможность побыть с собой наедине, и решить свои внутренние вопросы и проблемы.

Очередная серия фотографий снова внесла смятение в душу Милы. Глядя на них, она сразу же тихо заплакала. На чёрно-белом снимке она с Антоном, её первой любовью. Новый год. Родители ушли в гости. А они собрались вместе – Антон со своей младшей сестрой Олей, Варя и два её бывших одноклассника. Влюблённые танцевали здесь же в этой комнате, на фоне маминой стенки и украшенной ещё советскими игрушками ёлки.

Интересно, какая музыка звучала? Скорее всего итальянская эстрада. Ма-ма-мама Мария. У неё была хорошая коллекция виниловых пластинок. Их внешнее сходство очень бросалось в глаза.

Мила подняла глаза на стенку, которая, как и тридцать лет назад стоит на том же месте и в её зеркалах записана память о прошлом. Сквозь чуть припыленные хрустальные рюмки и бокалы, глядя на своё отражение, взволнованная Мила прошептала: – Где ты, двадцатилетняя Мила? Где и с кем ты, Антон?

На следующих двух фотографиях она, с необычно короткими завитыми волосами в подвенечном платье с чуть округлившимся животиком, танцевала медленный танец в Дворце бракосочетаний с первым мужем Лёней под взорами родственников, одетых по моде начала девяностых.

В их глазах читалось осуждение – «залетела». А на последней был запечатлён их брачный поцелуй, где она нехотя с грустным выражением лица уступает дозволенным в Загсе ласкам супруга и отца их будущей дочери.