Королевская кровь. Связанные судьбы

Ваш дед, герцог Дармоншир, был человеком достойным, но, как вам известно, несколько нетерпимым. – Люк вежливо склонил голову, хотя определение «несколько» покойному деду явно льстило. – Он был столпом Инляндии, верно служил моему отцу, затем мне и стал для меня не только наставником, но и другом. Перед смертью, пять лет назад, он обратился ко мне с просьбой, которую я и намерен выполнить.

Очередной Инландер на портрете пытался выглядеть грозным. Настолько, насколько может быть грозной унылая собака с обвисшей мордой.

– Он просил меня настоять на том, чтобы его внук, отказавшийся от титула из-за давней ссоры, принял его, обеспечив достойное продолжение рода Дармонширов, – добавил Луциус размеренно. – Вы же самым возмутительным образом игнорировали свой долг и мои приказы. И даже осмелились уехать из страны и принять рудложское гражданство.

– И я до сих пор являюсь подданным Рудлога, – напомнил Люк вежливо.

– Это ненадолго, – отмахнулся Луциус. – Вас ждет пакет со всеми документами о переходе к вам титула.

– Это все, ваше величество? – спокойно уточнил виконт. Если и правда все, то он легко отделался.

Луциус взглянул на него с иронией, и Кембритч поймал себя на мысли, что монарх совсем не так прост, как кажется.

– Нет, конечно, виконт. Мне мало удостовериться, что вы приняли титул. Раз уж вы оказались мне должны, я собираюсь стребовать все, что необходимо для выполнения данного слова.

– Я не очень готов к женитьбе, ваше величество, – осторожно сообщил Люк, напрягшийся при упоминании гипотетических наследников. – Прямо скажем, совсем не готов. И если титул я приму смиренно, то здесь вынужден отказаться. Лет через пять, может быть…

– Вы же помолвлены со старшей Рудлог, – сварливо перебил его монарх.

– Это было вынужденным решением, – признался Кембритч, – и сейчас в нем нет необходимости. Тем более что ее высочество похищена и нет уверенности, что она вернется.

Они подошли к широкому зеркалу в серебряной оправе, зачем-то расположенному посреди портретной галереи. Рыжие потомки Белого вообще, похоже, питали нездоровую страсть к зеркалам. Люк глянул на себя, на короля – они были одного роста, с одинаковыми подбородками и носами. Родственники, что сказать.