Королевская кровь. Проклятый трон

Март, а что с обратным щитом, про который Алмазыч говорил?

– Будет вам щит, главное, чтобы никто посторонний под него не попал, иначе и его опустошит, – поделился блакориец. – Откачивай потом. Викуля, а ты готовь источники – как поймаем и нейтрализуем, надо будет Алекса сразу докачивать. В остальном будь милой девочкой и не лезь под руку.

Все хорошее отношение к нему у Виктории сразу же пропало.

– Я вообще-то дипломированный боевой маг, фон Съедентент, – отчеканила профессор, – и стоять в стороне…

Мартин выставил ладони вперед.

– Боевой, боевой, – произнес он со смешком. – Самый боевой из всех боевых магов.

Вики хотела сказать что-то резкое, язвительное, но моральных сил ругаться не было, и она просто махнула рукой и плотнее запахнулась в теплый халат. Алекс укоризненно покачал головой.

– Думаю, пора расходиться спать, господа маги. Я завтра набросаю план, и после занятий обсудим. Хорошо?

– Я только за, – сообщил Тротт.

Они исчезли в Зеркале, и в комнате осталась только угрюмая молчаливая Виктория и смотрящий на нее Мартин.

– Э-э-эй, – позвал блакориец тихо. Виктория поморщилась. – Эй, Вики… ну не обижайся…

– Иди уже отсюда, – устало ответила она. Но вместо того чтобы уйти, Март подошел к ней, сел на корточки и начал заглядывать в лицо, корча противные и смешные рожи, косил глазами, приговаривая: «Ну посмотри на меня.

– Ну что ты, – сказал он растерянно. – Кусака… испугалась, да?

Приобнял ее неловко, выдерживая дистанцию, похлопал по спине, и Виктория зарыдала еще громче.

– Понятно, – произнес он, хватая ее на руки и открывая Зеркало. – У меня как раз стоит коньяк. То что нужно испуганным боевым магам.

– Я с тобой спать не буду! – возмутилась Вики сквозь слезы.

– А тебе никто и не предлагает, – с комической серьезностью ответил блакориец, выходя в своей спальне.

– Прекрати, – всхлипнула она и засмеялась.

– Вот-вот, – тоном доброго доктора подтвердил маг. – Типичная истерика. Сейчас я тебя напою и уложу спать. А сам скромно прилягу где-нибудь рядом, на тумбочке. Один, понимаешь, боюсь спать, очень мне страшно, так что будешь меня охранять.