Королевская кровь. Горький пепел

Так что в теории Вей Ши был подкован, а на практике… на практике оказалось, что невинные девы, получив статус фавориток юного принца, не довольствовались его благосклонностью и обществом, а начинали интриговать. Кто-то из фарфоровых красавиц, нежных, как цветы лилии, пытался извести соперниц, кто-то – выторговать преференции для родственника или повлиять на императора через принца. Вей ощущал их неискренность, как гнилостный запах, и менял одну за другой.

Потом, после изгнания в казармы, были шлюхи, отирающиеся в местах отдыха солдат, и быстрая близость для сброса напряжения.

И простые девки ему, хоть он никогда не признался бы в этом, оказались куда больше по душе. Потому что честно брали деньги и отрабатывали свое. И помыслы их были прямы и понятны, пусть и приемленны.

Он снова затянулся – долго, словно правда целовал милую сердцу, чувствуя на языке запах роз и кофе. В голову ударило слабостью – были, видимо, в составе и какие-то дурманящие травы, – и он вдруг расслабился и улыбнулся.

В мыслях наконец прояснилось то, что его тревожило, – остекленевшие глаза девчонки с тяжелым именем Ка-ро-ли-на и ее дрожащие зрачки. Где-то он такое уже видел. Где-то видел…

Сосед-старик захлопал себя по коленям, присоединяясь к бравурной песне на языке Песков, которую завели с минуту назад. Вей, уже начавший немного понимать местный диалект, отвлекся от своих мыслей и прислушался. В песне говорилось о храбром батыре, который и нежить, обосновавшуюся у оазиса, выманил ночью в ловушку и порубил, и песчаников от своего кочевья отвадил: заманил их в озерцо выступившей на поверхность нефти и поджег.

И деву прекрасную от песчаного льва спас, а потом и женился на ней, и еще что-то такое же героическое… Дед Амфат попыхивал кальяном, глаза его слезились от сияния масляных светильников.

Сосед допел куплет, склонился к принцу, потрепал его по плечу с улыбкой, что-то говоря.

– Что? – вежливо переспросил Вей Ши.

– Хорошо, что ты помогаешь Амфату, эфенби, – повторил старик и снова потрепал его по плечу.

 – Вот какой человек, песни про него слагают!

Принц заморгал и перевел недоверчивый взгляд на деда Амфата. Вот этот сморщенный, похожий на сушеный чернослив, тощий старик – великий воин?

– Большой силы был человек, о подвигах его во всех кочевьях говорили! – продолжал сосед с гордостью.

– А где же его семья? – осторожно поинтересовался Вей Ши.

– Э-э-э-э, – горестно махнул рукой сосед, взял кальян, затянулся.