Уровень ненависти: сосед

И коллектив, с виду добрый и милый, а по факту – страшно охочий до сплетен и свежего мяса.

Прощайте, не–друзья!

Здравствуйте, мои драгоценные нежданные пятьдесят тысяч очков свободы и опыта.

Жизнь прекрасна.

Я испытывала чистое и незамутнённое чувство – счастье!

Надеюсь, хватит до вечера.

Глава 9

. Вы вместе?

Когда–то давно, ещё будучи студенткой, я подглядела у одногруппницы баланс банковского счёта в телефоне. Случайно. Просто стояла рядом. И там была по тем временам невиданная сумма – семьдесят четыре тысячи.

Помню, я даже загадала желание, чтобы и у меня когда–нибудь появилась такая неровная, но по–своему красивая (а по–моему – тем более!) сумма.

И вот, пожалуйста.

Не бойтесь своих желаний, они сбываются!

В нашем регионе без крутых связей сразу после выпуска столько не получают. Даже при увольнении.

Кроме того, мне ещё выдали конвертик. Оказывается, традиция компании. Называется «на дорожку». Его я решила открыть дома, но что–то мне подсказывало, что и там лежит денежка.

Грубо говоря, у меня было целых три месяца, чтобы найти новую работу. Запас прочности в наличии. А если экономить, может, и все четыре. Можно вдумчиво и неспешно рассмотреть варианты, походить по собеседованиям и определиться с дальнейшими целями.

Если бы мне удалось быстро найти работу!

Я мечтательно вздохнула. С небес на землю спускаться решительно не хотелось, но устраивалась к Кире Алексеевне я не так давно, потому хорошо помнила, как тыкалась–мыкалась по собеседованиям после окончание университета.

И как радовалась возможности пристроиться на любую должность в относительно приличную компанию.

Бабуля настаивала, что выбирать нужно по уму и обязательно с белой зарплатой. Объясняла, что порядочным девушкам надо уходить в декрет, имея копеечку за душой, так как на большинство мужчин надеяться нельзя. Мало ли что.

О декрете я пока и думать не думала, но рациональное звено в бабулиных словах как всегда присутствовало. Да и не лезла она с бестолковыми советами, рекомендовала то, до чего, поразмыслив, дошла бы любая здравомыслящая барышня моих лет.

Другое дело, что в любви о здравомыслии забывают все. Или почти все.

Какая в любви я никто ещё не знал. Бабуля почему–то очень переживала на этот счёт. Если вспомнить бесконечные семейные сравнения, то я пошла в неё. Видимо, есть причина опасаться. Жаль, личная жизнь бабули – за семью печатями. А, может, и хорошо, что так сложилось. Кто его знает, что там за страсти бушевали.