Между морем и ветром

 – У тебя нет каких–нибудь салфеток, чтобы протереть? Очень пыльные сидения. Я, честно признаться, не подумал об этом, а ты в светлом.

– Не-а, нету, – огорчила парня Ксюша, хотя пачка влажных салфеток у неё всегда была с собой. – Я обычно ношу, но сегодня взяла совсем маленькую сумочку, – она протянула двумя руками закрытый клатч, предъявляя его действительно небольшие габариты. Только вот в него прекрасно помещалась пара–тройка салфеток в индивидуальной упаковке. Но не упускать же момент!

Он колебался буквально пару мгновений.

– Надеюсь, тебя не смутит посидеть у меня на коленях? Будет не очень удобно, но не возвращаться же к лавочкам на набережной. Здесь спокойно и тихо. И море слышно.

– Меня смутит, если ты станешь меня домогаться, – заявила Ксюша, усаживаясь куда и намеревалась и обнимая одной рукой за плечи любимого и временно доступного хотя бы для прикосновений мужчину.

– А я думал, девушки смущаются, если их не домогаться, – хмыкнул Сева и легонько провёл по спине.

– Домогаться не стоит. У нас здесь дело, вообще–то! – Ксюша с укоризной посмотрела, но они оба знали, что его касания доставляют ей удовольствие. Сложно утаить реакцию тела, когда находишься так близко, чувствуешь его прерывистое дыхание, горячие руки, так близко видишь тёмные, почти чёрные зрачки вместо тёмно–голубых радужек. – Ты ведь не соблазнишь меня прямо здесь?

Голос прозвучал… предвкушающе?

Ксюша и сама не знала, как так вышло, что она полностью утратила контроль над эмоциями, желаниями.

Сейчас она не готова была поручиться за это, совершенно не готова.

Даже напротив, действия казались правильными и своевременными.

– Здесь слишком много зрителей, да и ты хотела составить график, – не своим голосом и не совсем по делу ответил Сева.

– Ах да, график. Точно, – как загипнотизированная повторила Ксюша, не совсем понимая смысл своих же слов. – График.

Длинные пальцы парня скользили уже под майкой чуть повыше линии шорт и преобразовывать мысли в слова становилось всё сложнее. И без того тёплый летний день превратился в безумно горячий и насыщенный. И очень, очень душный. Она судорожно вдохнула и чуть выгнулась в его руках.