Между морем и ветром

Кот не в счёт, его придётся утром вернуть хозяевам.

Не то, чтобы он мечтал срочно жениться, совсем нет. Его всё устраивало. В общем. Только иногда изнутри грызла зависть к счастливым семейным парам, которых с каждым годом вокруг становилось всё больше.

Девушек у него всегда хватало, но что–то никак не находилась та единственная, ради которой он бросил бы привычный образ жизни.

– Ты ещё не готов, – щуря зелёные ведьминские глаза, как–то сказала ему Настя. – Ты видишь в девушках пока просто цель, а не смысл.

Тогда он не нашёлся с ответом, а жена друга, хвала небесам, ушла на кухню, оставив его с перекошенным от удивления и непониманием лицом.

– Она права, – Димка отпил пиво из бутылки, не отрывая взгляда от экрана телевизора, где шёл футбол. – Для тебя все девочки – просто девочки на ночь. Ты на них смотришь как на объект. Захотел – получил, за редким исключением между пунктом «А» и пунктом «Б» еще случается пункт «немного поднапрягся», но, в целом, ты не паришься, получил и забыл. Так всегда было, сколько я тебя знаю.

Димка закончил монолог, картинно прижав руку к груди, и Яр едва сдержал порыв двинуть ему в плечо. Тогда он демонстративно скривился, чтобы его пренебрежение ко всей этой слюняво–пафосной чуши, как он порой её называл при друзьях, было стопроцентно очевидным. Но и сам Ярослав, и его друг знали – это показуха, привычка играть роль брутального альфа–самца. Роль, с которой он практически сросся.

Почему–то большинство женатых или состоящих в длительных отношениях друзей Яру казались жуткими подкаблучниками, и во многом именно это отвращало от серьёзных отношений. Но пример Димки и Насти внушал оптимизм. Семейка Адамс, как про себя обзывал их Ярослав, и любила друг друга, и заботилась, и поддерживала, и самое важное – уважала личное пространство партнёра.

Сева с Ярославом буквально бежали в гости к развесёлой семейной паре. У них было комфортно, вкусно и всегда интересно.

– Надо их первыми позвать, – решил мужчина. Отчего–то безумно хотелось вдохнуть жизнь в пустую пока квартиру. – И кота завести, раз жена не заводится, Матроскина. Чтобы и готовил, и на машинке… тоже, – процитировал Яр и зевнул. – Чего там говорят на новом месте? На новом месте приснись… Хм. Не рифмуется что–то. Ладно, – ещё зевок, – суженая, ряженая, приди ко мне наряженная. Или явись? Откуда я вообще это знаю? Ладно! Спать.